Остров Пантеры
Шрифт:
Держаться за ним было нелегко. Движение в этот час стало куда интенсивнее. Машины обгоняли ее, переходили из ряда в ряд; гудели клаксоны, огни светофора слишком быстро переключались на красный. Каким-то образом ей удавалось, однако, держать автомобиль Кемпбелла в поле зрения, хотя ради этого пришлось постараться не обращать внимания на сердитые окрики других водителей и дважды проскочить перекресток в самый последний момент, когда уже загорался красный свет.
В конце концов они выбрались на широкую автостраду, которая вела из города на юг.
Машина Кемпбелла спускалась по извилистой дороге, и Виктория следовала за ней, даже не успевая спросить себя, куда она едет. Поворот направо, потом налево - и вдруг впереди блеснула вода. Мелькнула вывеска. "Морской клуб" - было написано на ней по-испански.
Даже скудных познаний Виктории в испанском хватило, чтобы понять это. Они ехали по направлению к яхт-клубу.
Впереди возникло красивое бело-розовое здание, вероятно наследие островного колониального прошлого. Но черный автомобиль, не сбавляя скорости, проехал мимо и остановился только у мола, где небольшое изящное судно мягко покачивалось на сине-зеленой воде.
Виктория затормозила. Человек, за которым она следила, вышел из машины и быстро направился вдоль пирса. Водитель развернул лимузин и поехал обратно. Она спрятала лицо, когда он приблизился, но в этом, пожалуй, не было необходимости. В следующее мгновение она увидела в зеркале, как он, удаляясь, кружил на поворотах, а потом и вовсе исчез из виду.
Л. Р. Кемпбелл быстро шел по направлению к прогулочному катеру в конце пирса. Он вспрыгнул на борт, помахал рукой какому-то человеку, сидящему, развалясь, на носу своей лодки, пришвартованной рядом, и тут же низко зарокотал мотор. С чувством отчаянья и беспомощности Виктория наблюдала, как катер Кемпбелла отчалил от берега и направился в открытое море.
Что делать? Неужели все впустую? Неужто она зря проделала этот далекий путь? Кемпбелл мог вернуться через час, но мог вернуться и завтра. Насколько ей было известно, он мог провести весь уик-энд на воде, там, в открытом море.
Скоро стемнеет. Благоразумнее было бы поставить машину на стоянку и ждать? Или же…
До нее донесся звук заводимого мотора. Человек в моторке перегнулся через борт, выбирая конец из воды. Он ведь здоровался с Кемпбеллом. Быть может, он знает, куда тот отправился и как долго там пробудет.
– Эй, постойте!
– крикнула ему Виктория. Она рывком открыла дверцу машины и кинулась к воде.
– Подождите!
– снова позвала она, яростно махая руками.
– Пожалуйста, сеньор.
Человек в моторке обернулся и удивленно посмотрел на нее.
– Да?
– откликнулся он по-испански.
– Пожалуйста, - задыхаясь, заговорила она.
– Катер… Куда… этот катер?
– Фраза далась ей нелегко, учитывая ее скромные познания в испанском. Чувствуя, что не в силах объяснить, что она хочет, Виктория пробормотала недостойное леди ругательство.
– Вы говорите по-английски?
Человек улыбнулся.
– Да, - сказал он.
– Вы знаете, куда направился этот катер?
Он пожал плечами:
– Понятия не имею.
Чувство жгучего разочарования охватило ее.
– Но, может быть, вы знаете, когда он вернется?
– Извините, не знаю.
– Но вы должны знать. Вы должны иметь представление…
Он покачал головой.
– Ничем не могу помочь вам, сеньорита.
Взяв себя в руки, Виктория кивнула.
– Спасибо, - мягко сказала она.
Он улыбнулся в ответ, и, окутавшись голубоватым бензиновым дымком, его лодка отплыла от берега.
Несколько минут Виктория стояла неподвижно, глядя туда, где только что скрылся катер. Потом повернулась и медленно пошла к своей брошенной на узкой дороге машине, дверца которой так и была распахнута. Тугой комок подступил к горлу. Виктория без сил прислонилась к капоту и, сдерживая слезы, глубоко, прерывисто задышала.
И что дальше? Она все испортила, все сделала не так. Тот детектив был прав: она не способна самостоятельно довести дело до конца. Потратила почти все свои деньги, проделала тысячи миль, и ради чего? Чтобы бесполезно торчать вот здесь на берегу?
Резкий гудок прервал ее мысли. Виктория повернула голову: какой-то автомобиль, скрипя гравием на поворотах, спускался по узкой дороге к ней. Его опасно заносило в стороны, а водитель отчаянно жал на тормоза и сигналил. Но было уже слишком поздно. С ужасом Виктория увидела, как автомобиль ударил передним бампером по открытой дверце ее машины. Дверца сорвалась, взлетела в воздух, перевернулась и не успела еще упасть, как острая боль от удара пронзила бок Виктории, а в следующий момент, словно в замедленной съемке, она повалилась на землю, судорожно ловя ртом воздух.
Дверца автомобиля распахнулась, из него выпрыгнул какой-то человек и склонился над ней. Виктория постаралась сфокусировать взгляд на его лице, но видела только темный силуэт головы. Он спрашивал ее о чем-то, но лишь спустя несколько секунд смысл его слов начал доходить до нее.
– С вами все в порядке?
– встревоженно спрашивал он.
Все ли было в порядке? Она осторожно шевельнулась, подвигала руками, потом ногами. Ощущение такое, словно по ней прошагала целая армия, но все вроде было цело.
– Да… кажется, - проговорила она с трудом. Потом попыталась подняться, опираясь ладонью о землю.
– Посмотрим, смогу ли я…
– Не двигайтесь.
– Это прозвучало как приказ.
– Сначала я посмотрю, нет ли у вас повреждений.
Она позволила ему ощупать себя. Виктория все еще не могла увидеть его лица - незнакомец стоял против солнца. Кончив осмотр, он выпрямился и облегченно вздохнул.
– Ну, кажется, вы целы. Что называется, в рубашке родились.
Молодая женщина ойкнула и дернулась; когда его рука слегка дотронулась до ее виска.