Перезагрузка
Шрифт:
И вопросительно глянул на Андрея.
Тот, в свою очередь, посмотрел на Рашида:
– Не можешь определить, насколько далеко оно тянется?
– Ну нет, это мне не по силам. – «Колдун» вздохнул и почесал подбородок.
Пришлось выбирать дорогу наугад, и они свернули на север, подальше от опасного водоема. Зашагали по кочкам и буеракам, через перелесок и вспаханное, но незасеянное поле, двигаясь по краю «болота», в этом месте такому ровному, точно его прогладили утюгом.
Когда впереди показалась стена «джунглей», Андрей озабоченно
Оказалась она, к счастью, не сплошной, густые заросли, появившиеся тут после катастрофы, были разбиты на отдельные «пятачки», между которыми оставались узкие и кривые проходы. Втиснулись в один такой, свернули раз, другой, третий, и Соловьев осознал, что потерял направление.
Вокруг словно сомкнулась невидимая, но плотная пелена.
Никто на них не нападал, «джунгли» молчали, будто в их зеленой глубине не было ни единого живого существа, но от этого становилось только хуже – Рашид вертел головой, Лиза то и дело оглядывалась, Илья через шаг ругался, и даже Андрей нервничал безо всякой причины.
Он предпочел бы открытую схватку подобной тягомотине.
– Выбрались наконец-то! – радостно воскликнул бритоголовый, едва впереди показался обычный лес: березки пополам с молодыми осинами. – А то я уж в натуре думал, что сгинем мы в этой чащобе, как в том кино, про братьев Гримм и Монику Беллуччи.
«Джунгли» остались за спиной, и они сумели даже повернуть на запад, но между путешественниками и автотрассой все так же находилось «болото», а цель по-прежнему лежала на западе.
Вспомнить бы еще, что за города находятся в той стороне… Смоленск? Минск?
Зеленая кочковатая топь закончилась, но за ней обнаружилось нечто до сих пор невиданное – неширокая полоса серовато-желтых барханов, чьи верхушки курились на ветру.
Прежде чем вступить на песок, Андрей остановился.
– Чо, шеф, заробел? – спросил Илья. – Давай вперед, тут недалеко.
– И наверняка опасно, – осадила его Лиза. – Может быть, свяжемся друг с другом? Чтобы если кто провалится…
В ход пошли все веревки из рюкзаков.
Андрей поставил ногу на песок, ощутил, как тот слегка промялся под подошвой, услышал легкое похрустывание. Сделал шаг, второй, но не успел порадоваться, как поехал в сторону и, не моргнув глазом, провалился по пупок.
Веревка, обвязанная вокруг пояса, натянулась и удержала, еще помешал рюкзак, а то бы мог уйти глубже.
– Держишься? – спросил за спиной Рашид. – Сейчас вытащим… Раз-два!
Дернули втроем, и Андрей вылетел из дыры точно пробка из бутылки, остался лежать, раскинув руки и ноги, как морская звезда на океанском пляже.
– Может, ползком? – предложил Илья. – Или обойдем?
– После первого тебе придется вытряхивать из одежды тонну песка, а второе – долго. – Рашид снял бейсболку, взлохматил волосы на макушке. – Смотрите, барханы местами темнее, а местами светлее, и провалился он как раз на светлом пятне… Попробуй встать, опираясь на темные.
Андрей присмотрелся – песок, на первый взгляд однородный, и впрямь имел разные оттенки. Так, если правую руку положить сюда, левую – туда, а колени оставить на месте, то… захрустело, промялось, но и только, и он обнаружил, что стоит, и не спешит вновь провалиться.
– Ну ты башка, кореш, – уважительно протянул Илья, на что Рашид только хмыкнул.
Дальше пошли осторожнее, глядя под ноги и слушая указания «колдуна». Маленькая «пустыня» осталась позади, и путешественники оказались на обычной лесной поляне.
Тут уже ничего не помешало свернуть в сторону автомагистрали.
Чтобы выйти к ней, пришлось обогнуть гряду «терриконов», чьи склоны были испещрены дырами, похожими на норы. Когда увидели широкую ленту асфальта, протянувшуюся с востока на запад, на душе у Андрея стало легче – ну теперь-то все пойдет как надо…
Как выяснилось примерно через километр, он рано обрадовался.
Путь им преградил ров, на дне которого из фиолетовой жижи торчали белые остроконечные камни.
– Попадалово, – прокомментировал ситуацию Илья. – Может, это, мост сделаем, как тогда, в Москве?
Деревья под рукой имелись – по обеим сторонам шоссе тянулась лесополоса, топоры и рабочие руки тоже никуда не пропали, так что идея выглядела здраво, и ее принялись воплощать в жизнь.
Свалили пару сосен нужной длины, очистили от веток и связали вместе, так что получился достаточно прочный и легкий переносной мостик. Притащив его ко рву, задрали вертикально и уронили на другую сторону, причем неудачно ставшего Андрея чуть не сбросило вниз.
– Уф, нет уж, – сказал он, отдышавшись. – Купаться там мне не хочется.
Ров перешли без проблем, но новый, ничуть не уже, встретился через пятьсот метров.
– Опять рубить? – Илья поглядел на намятые топором ладони. – Ну нах!
– Обойдем? – Лиза поглядела на Андрея вопросительно.
Она вроде бы уже не дулась на него, а на Рашида хоть и посматривала с прежней опаской, но не шарахалась – привыкла, что рядом постоянно находится «колдун», и перестала замечать и руки, и костяной щиток на лице.
– Обойдем, – сказал Андрей.
Слева ров уперся в «болото», так что свернули за правую обочину, на север. Миновали протянувшееся за лесополосой поле, и начался березняк, сначала обычный, а затем с вкраплением «секвой».
Одну, к счастью, заметили издалека, и после этого пошли медленнее.
– А как ты воспринимаешь эти деревья? – спросил Андрей, когда впереди показалась целая группа исполинских растений, чьи кроны покачивались чуть ли не в сотне метров от земли.
– Это не деревья, – ответил Рашид. – Я не знаю, что это…
Ров закончился, но лишь для того, чтобы уступить место зарослям черных кустов. Сквозь те продирались несколько часов, пока не вымотались, и остановились на обед. Передохнув, двинулись дальше, но ни через километр, ни через другой не смогли вернуться к автомагистрали.