Пламенные эвкалипты
Шрифт:
— Не знаю, — сухо ответила Эбби, надеясь что Клементина поймет — ей не хочется продолжать этот разговор.
— А ты правда думаешь, что Хит мог броситься с крыши? — продолжала расспросы Клементина, вспомнив реплику Эбби в разговоре с Кларенсом Эшбурном.
— Ну… я была с ним в день похорон его отца. Хит стоял наверху и смотрел вниз со странным выражением… но тогда я об этом не думала.
Клементина не скрывала удивления.
— А что ты делала вместе с ним на крыше?
— Он хотел показать мне виды, — отвечала Эбби. Она не собиралась выкладывать Клементине содержание их с Хитом беседы.
— Он выглядел подавленным?
Эбби подумала, что Клементина напоминает собаку, вцепившуюся в кость.
— Он только что похоронил отца, и такое его состояние было вполне естественно.
— Я не думаю, что тебе стоит проводить с ним время, Эбби! — сказала вдруг Клементина. — Он слишком опытен кое в чем, о чем ты в свои юные годы и понятия не имеешь.
— Почему вы так волнуетесь за меня, Клементина? — прямо спросила Эбби. — Мы ведь почти не знакомы.
— Да, я знаю, мы недавно увиделись впервые, но мне не хотелось бы, чтобы он причинил тебе боль, — мягко сказала Клементина.
Эбби смутилась, потому что в голосе Клементины звучало искреннее сочувствие.
— Мы обе — женщины, и должны поддерживать друг друга! — продолжала Клементина. — Кроме того, когда мы с Джеком поженимся, я буду жить здесь. Если ты все еще будешь компаньонкой Сибил, мы будем много времени проводить вместе, почти как… сестры.
Говоря это, Клементина рассеянно оглядывалась по сторонам, поэтому и не заметила виноватого смущения на лице Эбби, вспомнившей про поцелуй Джека.
— А мистер Хокер… он уже сделал вам предложение? — Слова дались Эбби с трудом.
— Нет, на одно колено он пока не опускался… но мы обсуждали наше будущее, наше совместное будущее.
— Ясно… — сердце Эбби ухнуло куда-то вниз.
В этот момент вернулась Дорис с небольшой склянкой в руках.
— Нанеси эту мазь прямо на рану, Эбби. Я всегда пользую ее против инфекций.
— А папе, с его ожогами поможет? — с надеждой в голосе спросила Клементина.
— Не думаю. Она хороша при порезах и открытых ранах.
— Жаль. В таком случае, я надеюсь, доктор Эшбурн приедет сегодня. Ожоги папы выглядят так, словно началось заражение.
— Так спросите совета у Эрни! — пожала плечами Дорис.
— У Эрни? — переспросила потрясенная Клементина. — У аборигена?!
— Конечно! Он знает очень много хороших средств. В буше умеют лечить раны.
Лицо Клементины буквально окаменело.
— Надеюсь, вы не думаете, что я поверю, будто дикарь из буша способен вылечить ожоги моего отца?
— Можете поинтересоваться у Бена, — сказала Дорис. — Когда он получил страшные ожоги при лесном пожаре, Эрни их быстро вылечил.
Презрительно вскинув голову, Клементина вышла из амбара. Дорис обменялась с Эбби взглядами и сердито фыркнула. Затем она помогла Эбби забинтовать Максу лапу и вернулась в свой магазинчик, оставив Эбби наедине с псом.
ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ
В амбаре было очень душно, и Эбби раскрыла двери настежь. Горячий ветер гнал по двору маленькие пылевые смерчики, но даже и такой сквозняк был лучше, чем отсутствие воздуха.
Эбби сидела возле Макса уже некоторое время, когда он неожиданно с трудом поднялся и направился к дверям, взвизгивая каждый раз, когда наступал на раненую лапу. Не зная толком, что делать, Эбби просто пошла за ним. Ковыляя на трех лапах, Макс добрался до ближайших кустов и с трудом задрал лапу. Обычное дело, но Эбби увидела в этом хороший знак. Справив нужду, пес вернулся в амбар, с жадностью попил воды и снова улегся на свою подстилку.
Похоже было, что даже столь короткая прогулка отняла у него все силы.
— Ох, Макс! — сказала Эбби сочувственно. — Ты ведь поправишься?
Она потрепала пса по голове, мечтая рассказать поскорее Джеку, что Макс самостоятельно вставал и выходил на улицу. Затем предложила ему поесть, но Макс снова ограничился небольшим кусочком, и надежды Эбби опять увяли.
Она просидела возле Макса еще час, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Затем девушка решила пойти и посмотреть, что делают Сибил и остальные. По дороге к дому Эбби заметила кузнеца и его сына — они с озабоченным видом осматривали окрестности. На Эбби они даже внимания не обратили. Одновременно девушка почуяла в воздухе запах дыма.
— Что-то не так, мистер Добсон? — спросила Эбби, заподозрив неладное. Сердце у нее сильно забилось. — Это ведь дымом пахнет?
Она очень надеялась, что дым всего лишь идет из трубы усадьбы.
— Да, дым, — коротко ответил Бен… однако смотрел он отнюдь не на дом.
Кузнец внезапно вытянул руку, указывая на тонкий дымок, поднимавшийся над верхушками эвкалиптов на холме.
— Седлай двух лошадей, Майкл! — резко бросил он.
— Что вы собираетесь делать? — спросила Эбби.
— Мы должны взглянуть, что это за дым. Животным и постройкам может грозить опасность.
— Но разве Эрни и Уилбур не присматривают за овцами?
— Они приглядят за матками и ягнятами, но Бангари слишком велико, стада и табуны разбросаны повсюду — лошади, коровы, овцы… Если начнется пожар, Эрни и Уилбуру потребуется помощь.
Эбби изрядно перепугалась, а во двор тем временем вышли Сибил, Клементина и Ральф.
— Мы почувствовали запах дыма, Бен! — в тревоге воскликнула Сибил.
— А мы его увидели, миссис Хокер. Мы с Оливером разведаем, что к чему! — прокричал ей Бен. Оливер Хьюберт появился со стороны конюшни, неся в руках винтовку. Он ходил проверять лошадей и покормил оленей, пасшихся в загоне неподалеку от усадьбы. Аборигенов олени поначалу очень заинтересовали — ведь они никогда их раньше не видели. Но когда они попробовали оленину, появились проблемы. Пришлось строить ограды повыше и покрепче, снабжая их воротами с крепкими запорами и замками. Эти меры в свою очередь заставили аборигенов проявить изобретательность. Теперь они подкапывали изгороди или перепрыгивали их, забираясь на деревья, так что оленей приходилось все время проверять.