Поцелуй шипов
Шрифт:
– Наконец-то, - вздохнула я, когда удостоверилась в том, что она не сможет нас подслушать.
– Значит так, я получила сообщение.
– Это был он?
– спросил Пауль и указал на мою опухоль на виске, как будто нашего разговора на веранде никогда и не было. Таким образом, он достиг того, чего хотел. Двое других тоже посмотрели на шишку. Джианна в сотый раз за этот день. Тильманн в первый раз.
– Это важно?
– ответила я раздражённо.
– Нет, не важно ...
– Нет, важно, - настаивал Пауль.
– Мне не нравится, что он так обращается с тобой.
– Я сама так с собой обращаюсь и прежде всего, это моя личная
– А если мы найдём кого-то, кто ещё старше? И пошлём в схватку его? – прервал меня Тильманн. Только две секунды разговора о Тессе, и он уже сразу в теме. Должно быть он страстно этого ждал.
– Подождите, подождите … - Пауль встал, при этом его позвонки тихо затрещали. Пауль не особо высокий, но гигант, когда сидит. Возможно это причина того, почему он, не смотря на слышимые признаки износа в плечах, сразу же пробудил наше внимание.
– Я правильно тебя понял, Эли? Ты хочешь убить Тессу? Это то, о чём ты только что намекнула? Ты что совсем рехнулась? Я думал, мы будем искать папу, если вообще будем!
– Да, мы будем искать папу, правильно, - согласилась я. – Но одно невозможно сделать без другого. Нужно сначала позаботиться о Тессе, чтобы появилась возможность искать папу, - объявила я о том, что придумывала в течение многих ночей, потому что обратный порядок казался во всех отношениях неправильным. Он не только казался неправильным. Он был неправильным.
Веки Джианны начали трепетать.
– Нет … нет. Я в этом не собираюсь участвовать, - выдавила Джианна. – Я не смогу! Только не ещё раз!
– Тебе и не нужно будет убивать её. Это сделаем мы, - сказала я, поперхнувшись, и указала на Тильманна, который хладнокровно кивнул. – Вы должны понять, что мы не можем делать шаги в мире Маров и думать, что Тесса этого не заметит. Вы помните Францёза? Что он сделал, каким он был, какая у него была сила?
Джианна и Пауль молчали, но я знала, что они помнили. Такой ужас невозможно забыть.
– Умножьте это на сто. И получите Тессу. Если она поймёт, что Колин и я снова вместе, и что мы собираемся сделать, тогда … - Мне и самой не хотелось представлять себе этого. – Ещё раз с самого начала. Для наших поисков папы, нам нужен Колин, как посредник, потому что у него особый статус среди Маров. Хотя какой именно, я точно не знаю, и он тоже, но без него мы можем обо всём забыть. А когда он и я вместе счастливы, это привлекает Тессу. Так что я не смогу спокойно искать вместе с ним папу, потому что мы, рано или поздно, будем счастливы. А ему – что же, ему снова придётся бежать. Нам нужен Колин для поисков папы. Одна я не продвинулась дальше. Или ты что-то нашёл?
Я бросила на Тильманна вопросительный взгляд. Он покачал головой.
– Ничего. Ничего, что касается Лео.
Скептицизм в глазах других, когда они обдумывали мои слова, бросался в глаза. Почему, я могла представить, так как моя шишка и бледные щёки не выглядели счастливо. Но наше с Колином счастье вернётся, и тогда это старая баба прицепится к нам. Тесса должна исчезнуть; чем быстрее, тем лучше. Я надеялась, что Пауль не сделает предложения, послать
– Я тоже думаю, что это правильная последовательность, - сказал Тильманн после длительного раздумья. – Пока Тесса не окажется в прошлом, мы ничего не сможем сделать.
– А если за папиным исчезновением скрывается Тесса? – вставил Пауль. Возражение, которое я ожидала.
Я решительно покачала головой.
– Нет. Не думаю. Так далеко она не планирует. Она зациклена на Колине и возможно … на мне. – Я была не настолько уж уверенна в этой аргументации. Это правда. Тесса одержима тем, что хочет закончить метаморфозу Колина, и окончательно сделать его своим спутником жизни. Но лишь это не является доказательством того, что она ничего общего не имеет с исчезновением моего отца. Тем не менее, в этом пункте я доверяла Колину. Он знает Тессу лучше, чем я. Я решила продолжить говорить, чтобы даже не позволить засомневаться в моих словах.
– То, что ты предлагаешь, конечно теоретически возможно, - согласилась я деловым тоном с мыслями Тильманна, призвать для её убийства ещё более старого Мара, чем Тесса. – Но где нам искать? Мары есть по всему миру. Но они не позволят людям подстрекать их к войне. А Камбионам тем более. Они терпят друг друга, при условии, если не начинают спорить из-за еды. То, что Колин напал на Фрнацёза - это абсолютное исключение. Мы не знаем, к каким последствиям это может привести его – или нас.
– Вы не говорили об этом, когда … встретились сегодня ночью? – спросил Пауль и снова перевёл взгляд на мою шишку. – Эли, я считаю всё это …
– Нет. Мы не могли, - прервала я его возражения. – Так, и это второй метод – или вы не хотите узнать о нём?
Я вытащила записку из кармана штанов и протянула её сначала Джианне. Опять наступила тишина. Снова и снова записка переходила от одного к другому.
В конце концов, Тильманн нарушил молчание.
– Это ты написала?
Я кивнула.
– Он только произнёс их, но я уверенна, что это были именно эти слова и никакие другие.
– Возможно, ты неправильно его поняла … - Джианна скрутила губы в трубочку, когда заметила мой сердитый взгляд.
– Я закончила гимназию на отлично и знаю, что запоминаю правильно, а что нет, ясно? – защищалась я, отметая её утверждения. Не сердись опять Эли, напомнила я себе. Не сейчас.
– Запоминать наизусть – это одно из моих самых простых упражнений. Он сформулировал слова именно так. У вас есть идеи, что эти два предложения могут значить? – спросила я немного более мягко. – Мне известно значение лишь второго, но совсем в другом контексте. Когда Мары похищают, сильно голодны или хотят принудить к метаморфозе, они впиваются ногтями в кожу своей жертвы, чаще всего на спине, чтобы потекла кровь. Боль освобождает дорогу для самых прекрасных воспоминаний и чувств. Боль открывает душу. Эту формулировку Колин тоже однажды использовал, когда всё мне объяснял. Но я не имею не малейшего понятия, как интерпретировать это предложение в связи с убийством.