Повесть о четырех цветках
Шрифт:
– Не смей!
– слабо пискнула Ириска. Честав удивленно посмотрел на нее.
– Слушай, нельзя же быть такой разборчивой в нашем положении! Или ты и дальше собираешься бродить среди этих руин в чем мать родила?
– Нет-нет! Я не одену ничего с мертвого. И ты не одевай. Иначе я стану ненавидеть тебя еще сильнее!
– последние слова девушка выкрикнула почти истерически.
– Я же тебя... Эх ты!
Хмурый Честав медленно подошел к Ириске и по-прежнему СТАРАТЕЛЬНО не глядя на нее попытался отнять повязку.
– Резать желаю, - начальственным тоном сказал Нож Судьбы.
–
– испугалась девушка. Ничего не объясняя Честав так рванул ткань, что Ириске обожгло ладони. Девушка приготовилась к худшему, однако Честав лишь разрезал кусок материи пополам.
– Хорошо резать что-нибудь!
– обрадовался Нож.
– Когда-то очень давно люди обходились набедренными повязками. В то время они были еще дикими. По-моему, сейчас самое время вернуться в пещеры, - Честав с философской насмешливостью оглядел скучное однообразие развалин, гонимых золотым ветром пылевых чертиков, беспорядочные стайки мятых шекелей и беззаботно присвиснул. Потом положил к ногам Ириски куски ткани и удаляясь как бы невзначай бросил через плечо: Советую не задерживаться. Тот, кого я убил и его товарищ хотели получить твое тело на Церковной площади. У ирроргов замечательный нюх на подобные делишки. Скоро здесь будет полно патрулей. Да и Мастер мог заметить, что мы удрали.
Юноша шел напевая и не оглядываясь. Серебряные лучи солнца равнодушно сверкали на лезвии Ножа. Тем не менее Ириске казалось, что с его бритого затылка смотрит загадочный третий глаз. Внимательно наблюдая за маленькой фигуркой Честава, девушка тщательно закрыла голову и бедра повязками и медленно пошла в ту же сторону, что и он. За спиной плелись несколько Мыслей. Одна из них набралась храбрости и заговорила с Ириской:
"Зачем ты идешь туда же, куда идет Честав?" - "Почему нет? Он-то наверняка знает, где безопасно".
– "Почему он должен знать это?" - "Он иначе не может, потому что его клеймо..."
У Ириски похолодело в груди. Ноги сделались ватными. Выходит, юноша по-прежнему в опасности. Она же как раз и пыталась разыскать Честава для того, чтобы предупредить... Нет, он и сам знает. Тогда помочь! А как? Как-нибудь. Только бы оказаться рядом...
Мысли повалились на землю от хохота, но тут же с новой силой обрушились на девушку.
"Вы оказались рядом, а что толку? Ты сама же прогнала Честава, сама запретила ему взять одежду убитого".
"Обещала возненавидеть того, кто СПАС тебя. Как и чем он закроет теперь собственное клеймо?"
"А не кажется ли тебе, Ириска, что он как-то ОЧЕНЬ УЖ ВОВРЕМЯ явился на выручку?"
"Следил он за тобой, вот что!"
"Следил! Подглядывал!"
"Вспомни его ВЗГЛЯД. Честав хочет соединиться с тобой. А иррорги не зевают. Беги прочь от него!"
"А не кажется ли тебе, что Честав убил того юношу из ревности? Он сам хочет окунуться в твою чашечку, и никому другому..."
Словно подброшенная взрывом Ириска пустилась бежать, громко выкрикивая имя Честава. Плохие Мысли мчались сзади и продолжали дразнить девушку. Лишь одна Светлая обогнала ее и еле слышно шепнула: "Честав ЛЮБИТ тебя. Он не подглядывал, он ОХРАНЯЛ".
Внезапно девушка остановилась как вкопанная. Стайка навязчивых Мыслей разлетелась. Перед Ириской был тупик, настоящий огромный завал. Куда же девался Честав?
Из-за угла дома (и как только угол сохранился!) доносились удары, сопение и другие звуки борьбы. Ириска осторожно заглянула за угол и тут же бросилась вперед.
Честав дрался один против трех, и судя по всему ему изрядно доставалось. Нож Судьбы беспомощно валялся у стены и лишь тихонько скулил от возбуждения.
Один из нападавших заметив риску Удивленно замер, но в следующую секунду уже бежал к ней с перекошенным от алчной радости лицом. Девушка узнала его: это был тот самый юноша, который пытался вместе с товарищем увести ее на Церковную площадь. Перепуганная Ириска бросилась к Ножу Судьбы, сжала его обеими руками, зажмурилась и принялась размахивать во все стороны, тоненько вопя:
– Не подходи-и-и! Не сме-е-ей!
– Всех порежу, - спокойно и веско подтвердил Нож Судьбы, со свистом рассекая воздух.
Когда Ириска решилась открыть глаза, к ней уже никто не бежал. Честав перекатывался по земле и слабо защищался локтями, а нападавший юноша пытался ударить ногой в лицо, в живот или в пах. Неожиданно Честав встал на четвереньки и тяжело прыгнул вперед. Нападавший тоже прыгнул, но тут Честав рванул крышку люка, скрытую слоем высохшей грязи. Его противник отчаянно дрыгнул ногами и с громким воплем провалился в черное отверстие.
– А-а-а-ахх, давненько я не получала никого, - блаженно прогудел люк. Честав уронил крышку и сел. С минуту он сопел, морщился и ощупывал разбитое лицо, кровоподтеки на теле, осторожно сгибал кисть левой руки. Наконец благодарно посмотрел на девушку и сказал:
– Спасибо тебе. Один бы ни за что не справился.
Только Ириска хотела спросить, за что же спасибо, как Нож Судьбы произнес обиженно:
– Ей одной? А мне?!
Начиная понимать, но все еще не веря Ириска залилась лихорадочным гороховым румянцем. Она вдруг ощутила, как потяжелела рука, все еще инстинктивно сжимающая Нож Судьбы. Чпезвычайно медленно и осторожно девушка опустила глаза...
Если бы у Ириски на голове уцелели волосы, они бы зашевелились. На земле скорчились два тела, покрытые страшными ранами.
Девушка долго не осознавала ни себя, ни окружающее. Честав куда-то тащил ее, а перед глазами все стояли два тела, заслоняя и ярко-золотое небо, и серебристое солнце, и руины, бесконечный лабиринт руин...
– Пока хватит.
Честав привалился боком к стене и с беспокойством ощупал распухшую руку. Ириска прижалась к его грязной потной спине и жалобно прошептала:
– Я убила их. УБИЛА.
Она боялась, что Честав ответит: "Подумаешь, ну и что?" - или: "Да, это очень плохо". Она вообще боялась ЛЮБОГО ответа СЛОВАМИ. Однако Честавпросто повернулся к ней и с бережной нежностью погладил по заплаканной щеке. Удевушки слегка закружилась голова. Негодование на себя, отвращение к собственному поступку и упреки в адрес Честава только и ждали подобного расслабления, чтобы выплеснуться потоком горечи. Но Ириска неожиданно для себя самой прошептала: