Смотритель Пустоты. Голос из тьмы
Шрифт:
– То же, что и всегда раньше было. Какая разница?
– Разница в том, что Пагуба становится ближе, лейтенант. Если нас отбросит куда-нибудь, где будет гуща исчадий Пустоты, и нам будет не отбиться, что я должен буду делать? Спасать вас? Спасаться сам? И будет ли у меня хоть какая-то возможность что-то сделать или меня в подобной заварухе сожрут первым?
– Редгар, – протянул Дей. Повел головой и встал к командору совсем вплотную и заговорил шепотом, на пределе слышимости. – Да каков шанс, что нас отбросит именно в гущу исчадий?
Редгар даже не взглянул
– Пока он не равен нулю, я не стану рисковать. Равно как и пока есть шанс очутиться посреди Альхорского моря, где-то между Талнахом, Эйтианой, Кадфаэлем и Северным континентом. Потому как тогда не понятно, что хуже: помереть в пасти у хищных рыб или попасть в руки к пиратам. И потом, сфера нужна именно для ситуаций, когда не будет никакого другого шанса просто отбиться или сбежать.
– Нам вообще не придется ни от кого отбиваться или сбегать, если мы просто перенесемся к Талнаху настолько близко, насколько возможно.
– Так уверен? – огрызнулся Редгар, повернув голову в сторону лейтенанта. И посмотрел столь непривычно, что Диармайд, сглотнув, отступил на два шага. Не сводя с командора глаз, он качнул головой:
– Я ни в чем уже не уверен.
Редгар бессловно рыкнул. Потер зачесавшуюся щеку запястьем. Он так знатно оброс за время странствия. Все они стали косматыми бородачами, кроме Данан. Эта мысль, как и мысль о чародейке, немного успокоила командора.
– Как и я, – отозвался он Диармайду. Подумав о чем-то несколько секунд, уставился на парня и твердо спросил: – Ты слышал его сегодня?
Дей встал от командора сбоку и тоже уставился вдаль, разглядывать ничем не привлекательный перелесок с волками.
– Да. И сегодня… – он замолчал, не зная, как сказать. – Это не всегда была речь. Я имею в виду, вообще речь – человеческая, эльфийская или гномья. Больше похоже на… такой…
– Животный вопль, – подсказал командор. Диармайд обернулся к нему с недоверием:
– Нет. Скорее, шепот или шелест, абсолютно неразборчивый, но да, звериный.
Ред качнул головой в жесте: даже так?
– Тебе повезло. Но то, что его голос стал иной, говорит само за себя, Дей.
Диармайд замолчал, однако Ред видел, что не из согласия: лейтенант набирался храбрости, чтобы сказать. Наконец, насмелился:
– Она ведь тоже это слышит, Ред.
Командор попытался отвести разговор в более безопасное русло в надежде, что Дей не заметит:
– Не нужно быть смотрителем, чтобы услыхать этих волков. Звери чуют нечисть, и её становится больше.
Дей все же заметил. Поджал губы, кивнул:
– Да, нечисти становится больше. Потому что лидер этой нечисти вот-вот всколыхнет мир Черной смертью.
Редгар напрягся – было видно, даже не присматриваясь. Он очень понадеялся, что на этой реплике лейтенант сам и заткнется. Но куда уж там?
– Поговори с ней, Ред. Не о магии или рыцарях-чародеях.
– О том, не болит ли у неё от зова архонта голова, словно ей мозги вышибли ломом?
Дей хохотнул:
– Надо же, вот в чем все дело? А я слышал, что это обычно женщины отнекиваются от близости якобы, что голова болит.
– Тебе-то только на слухи и полагаться, евнух, – подначил Ред с однозначной надеждой во взгляде.
– Смешно, – усмехнулся Дей, и Ред понял: да, сейчас он и впрямь не утихнет. – Даже слепому видно, как она на тебя смотрит. И скажи мне, что я неправ, если и ты не смотришь на неё в ответ.
Редгар скрипнул зубами и выпалил быстрее, чем подумал:
– Ты неправ, если думаешь, что мальчишка может давать советы! – Потом словно одумался и добавил тише: – Прости. Просто… что я ей скажу? Что это пройдет? Я имею в виду голос. – Редгар хмыкнул. – Предлагаешь врать? Это никогда не пройдет. И даже если нам улыбнуться все боги мира, и мы оба с ней останемся живы в битве с этим архонтом, пройдет год, два, или десять – и нас начнет звать следующий. Я слышу зов двадцать лет, Дей. С тех пор, как вступил в орден.
– Так объясни ей! Объясни хотя бы это. – Видя, что Ред не отзывается, Дей поймал его за плечо и дернул на себя. – Ты готов поговорить нормально с гномом, которого почти не знаешь, со мной, даже пожурить Борво. Но к ней кидаешься, только, когда Данан угрожает опасность.
Редгар смерил лейтенанта понимающим взглядом:
– Хочешь – забирай. Помню, ты с первой встречи на это рассчитывал.
Диармайд не удержался – схватил командора за грудки:
– Я ЖЕ НЕ ОБ ЭТОМ, РЕД! – потом опомнился, отпустил и на всякий случай отошел подальше. В конце концов, это Редгар Тысяча Битв, человек, которому он обязан абсолютно всем. – Архонт имеет на неё влияние, как и на всех нас, это очевидно. Но сколько из нас может от страха развалить городские ворота?
– Так последи за ней! Ты лейтенант, обязанный управляться с рядовыми.
– Я не сделаю её ни спокойнее, ни счастливее, чтобы заглушить голос архонта.
– Значит, хреновый ты лейтенант.
Диармайд вздохнул, осознав, что до командора ему не пробиться.
– Делай, что хочешь, но знай: на Алару ты никогда так не смотрел, и поцелуями не разменивался.
Ред вскипел:
– ЭТО НЕ ТВОЕ ДЕ…
– Даже если нам не светит выжить, ты ведешь себя глупо, – заключил он за неимением других аргументов. – Особенно, если нам не светит выжить.
Редгар не знал, что на это ответить.
– Если нам еще придется ставить шатры, я в свой ее больше не пущу.
– Это не тебе решать.
– Вот, – раздался голос снизу. – Вот она, причина всех бед в мире, – заявил подошедший со спины гном. – Сколько бы ни было лет мужикам, какова бы ни была причина спора, в конечном счете они всегда выясняют, кто важнее и чье слово больше весит.
Редгар скосил на Хольфстенна взгляд.
– Тебя это точно не касается.
– Еще как! – жестко отверг гном. – У тебя, командор, глаза вон как высоко, а не видишь ты все равно ни хрена. Когда женщина зла – это всегда проблема, которую не стоит недооценивать. А если женщина вроде нашей, которая в пылу ухитрилась развалить крепостную стену, то иди-ка и утихомирь её! Я не хочу, чтобы, пока я буду спать, мне на голову свалилась гора.