Талисман любви
Шрифт:
Он вздрогнул и закрыл глаза, почувствовав, как к горлу подступил комок. Та близость. Он помнил, как держал Аманду на руках. Это было так приятно. И казалось правильным. Но что более всего поражало — ощущения казались чрезвычайно знакомыми.
Вольный полет его мыслей был прерван каким-то посетителем, явно пребывающим не в самом благодушном настроении. Этот тип, к сожалению, был ему слишком хорошо знаком.
— Где детектив Дюпре? Я желаю потолковать с ним. Я знаю свои права. Может, я и живу на улице, но никто не лишал меня
Дюпре возвел глаза к небу и подавил вздох.
— Привет, Бинер. К чему поднимать столько шума, приятель. Вот он я, тут, весь твой, — сказал он.
Он встал и жестом пригласил старика войти, думая о том, сколько времени сможет выдержать не дыша. В отличие от многих бездомных, которые пользовались любой возможностью, чтобы помыться и сменить одежду, Бинер не увлекался сменой туалетов и купанием. В данный момент на нем было надето все, что он имел, и носил он это вот уже несколько лет не снимая. Душ он принимал, только когда шел дождь.
— Ну и отчего весь этот шум? — спросил Дюпре, надеясь, что рассказ не будет слишком пространным.
Бинер, усевшись на стул у стола, погрузился в задумчивое созерцание пончика, лежащего возле телефона, и вздохнул.
Дюпре передернуло. Дыхание Бинера было столь же зловонным, как и «ароматы» его тела. И то, что он уселся, явно намереваясь задержаться тут, не сулило ничего приятного.
— Угощайся, Бинер, — предложил он.
— О нет, — пробормотал тот и отвел глаза в сторону. — Я сыт.
— Устраивайся, приятель, — пригласил Дюпре, заранее зная весь ритуал. И его нужно было соблюсти в точности, иначе Бинер будет оскорблен до глубины души. — Я сейчас налью себе еще чашечку кофе. Вернусь, и тогда мы с тобой побеседуем.
Бинер с важностью кивнул. Как только Дюпре вышел, он запихнул пончик целиком себе в рот и, не разжевывая, заглотнул все до кусочка.
— Выпей-ка немного за меня, — сказал Дюпре, поставив пластиковую кружку с кофе возле локтя посетителя. Он знал, что кофе пригодится, иначе все повествование будет изрядно сдобрено крошками и сахарной пудрой.
Бинер отхлебнул из чашки и поставил ее между коленей, обхватив руками так, будто это был мешочек с золотом.
— А это я оставлю на потом, — сказал он.
Дюпре подавил улыбку и кивнул.
— Ну так что ты хотел мне сообщить?
Бинер поерзал на стуле и подвигал губами, обнажив свои последние три зуба.
— Я кое-что нашел в парке, — сказал он. — Это чужая вещь. А мне чужого не надо. — Он поставил чашку на стол и стал рыться в кармане.
Джефферсон Дюпре отхлебнул кофе, хотя тот был еще слишком горячим. Сейчас это все же лучше, чем делать глубокие вдохи. И когда он взглянул на сверкающий предмет в руке Бинера, то чуть не поперхнулся.
На грязном фоне совершенная красота вещицы была почти неприличной. И ценность не вызывала сомнений.
— Откуда ты это взял? — спросил детектив.
—
Дюпре подкинул серьгу на ладони, пытаясь припомнить, где он мог ее видеть.
— Я нашел это возле сцены после митинга, — продолжал Бинер. — Я всегда исполняю свой долг и выслушиваю политиков. На тот случай, если мне захочется против кого-нибудь проголосовать, — добавил он, хихикнув, чтобы дать понять, что это шутка.
Джефферсон Дюпре зажал в ладони бриллиант и почувствовал, как над верхней губой выступила испарина. Теперь он вспомнил, где он его видел. Как раз такой красовался в ухе Аманды Поттер. Она, видимо, потеряла его, когда падала.
— Ты поступил правильно, — сказал он и порылся в кармане в поисках бумажника. Бинер нахмурился и вскочил.
— Не надо мне денег! — выпалил он. — Я не беру платы за правильные поступки. Я же не нищий. У меня всего-навсего нет дома.
Дюпре поморщился. Он знал, что Бинер очень обидчив, как и многие бездомные, живущие на улице, с которыми ему довелось столкнуться.
— Эй, приятель, я не имел в виду ничего такого, — сказал он мягко. — Эта вещь действительно очень ценная. Ее хозяин будет рад получить ее обратно. Я собирался вручить тебе вознаграждение. Разве человек не может принимать вознаграждений?
Бинер расплылся в улыбке, обнажив все три оставшиеся зуба.
— Ну тогда ладно. Думаю, может, — сказал он. Зажав в ладони двадцать долларов, он исчез значительно быстрее и тише, чем появился.
— Боже правый, — сказал Моррел, входя в офис и распыляя перед собой баллончик с освежителем воздуха. — Это кажется невероятным, но готов поклясться, что от него воняет еще сильнее, чем в прошлый раз.
Дюпре заморгал и закашлялся, когда сосновый запах освежителя смешался с остатками испарений Бинера.
— Господи, шеф. Вы сделали только хуже.
Оба засмеялись. Такие вещи являлись частью их повседневной жизни.
— Взгляните на это, — сказал Дюпре, раскрывая ладонь.
Эвис Моррел вытаращил глаза.
— Настоящий?
Дюпре кивнул.
— Он принадлежит Аманде Поттер. Думаю, она потеряла его, когда падала.
— Дай-ка, — сказал Моррел и протянул руку. — Я позвоню Поттерам. Кто-нибудь от них подъедет сюда и заберет серьгу.
— Нет! Я сам ее доставлю, — сказал Дюпре и покраснел от собственной наглости. Он понимал, что проявляет слишком большое рвение, намереваясь отправиться туда, где ему было совсем не место.
Брови Моррела удивленно изогнулись.
— Ты бы лучше занялся своими делами. Не стоит связываться с Поттером.
— Черт побери, что вы имеете в виду?
— Ничего. — Моррел отвернулся. — Просто запомни, что я тебе сейчас сказал. Выкинь эту сережку и все прочее из своей упрямой твердолобой башки. — Он исчез в своем кабинете, хлопнув дверью.