Тайна объекта «С-22»
Шрифт:
Не садясь, Длугий остановился посередине и прикрыл глаза, стараясь быстрее приспособиться к полумраку. Почти сразу за его спиной в одной из панелей открылась потайная дверца, искусно скрытая декоративными швами, и в комнату вошел худой, высокий человек в штатском костюме. Вынужденный нагнуться в низком проеме, он сразу же привычно вскинул стриженую бобриком седую голову.
Почувствовав его присутствие, Длугий резко, по-армейски повернулся, едва слышно щелкнув каблуками ботинок.
— Я рад встрече, герр оберст!
— И я рад,
Оберст скупо улыбнулся и, поздоровавшись с гостем за руку, показал на ближайшее полукресло, приглашая садиться. Опустившись на тугое сиденье и с наслаждением вытянув натруженные беготней ноги, Длугий с удовольствием огляделся. Тем временем оберст сел рядом и, положив локоть на ломберный столик, спросил:
— Ну, как твои дела, Вилли?
— Неважно… — Длугий вздохнул. — На инженера Брониславского выйти не удалось, а захваченный нами майор Дембицкий сумел уйти. Думаю, с помощью людей из своей команды.
— Похоже, недооценили вы этого майора… — оберст сухо пожевал губами. — А как с самолетом?
— Безрезультатно… Мы с людьми Лэбидя обшарили весь район возможного падения. Никакого намека.
— Скажи мне, Вилли… — Оберст сухо пожевал губами. — А была ли возможность запустить двигатели после вынужденной посадки?
— В принципе, да. Если им подвернулось озеро для приводнения и у них было время, то… А почему вы спрашиваете?
Уловив в голосе собеседника какие-то новые нотки, Длугий подобрался.
— Видишь ли, Вилли… — в интонации оберста явно прорезался дружелюбный оттенок. — Абвер располагает сведениями, что люди из экипажа появились в Лондоне, а румыны заполучили себе какой-то опытный польский самолет.
— Румыния… Румыния… Выходит, они просто изменили маршрут полета? Ах ты, черт, там же озеро… — Длугий не смог скрыть досаду.
— Не переживай, Вили! — Благожелательность оберста распространилась так далеко, что он даже похлопал Длугого по плечу. — Что мог, ты сделал, и тебе приказано возвращаться, тем более что планы на этот год изменились. Есть приказ переправить обратно всех нелегалов.
— Я знаю. — Длугий кивнул. — Двоих я даже забираю с собой.
— Вот это правильно, нам очень нужны верные люди из их среды, а у тебя, как мне сказали, давние связи.
Только теперь поняв, откуда исходит такая странная благожелательность оберста, Длугий облегченно вздохнул и уже совершенно по-деловому сказал:
— Да, там мне доверяют.
— А те, что с вами… Кто они? — поинтересовался оберст.
— Один работал со мной, второй был у него на связи. Думаю, их можно использовать, особенно второго.
— Откуда такая уверенность?
— Его провалили, а он при аресте отстреливался, ранил двух энкаведистов и ушел.
— Ну что ж… — оберст немного подумал. — Я не возражаю. Дашь своим людям явку у «Жоржа», а тебя я с первой же партией фольксгеноссе через свою репатриационную комиссию переправлю в генерал-губернаторство. Вот,
Оберст протянул Длугому запечатанный конверт. Инженер принял пакет и, заметив, что его визави поднимается, вскочил первым.
— Яволь, герр оберст!
— Ну ладно, ладно… — оберст встал и снова вполне дружески потрепал Длугого по плечу. — До встречи, Вили!
После такого приема у Длугого, ожидавшего в связи с провалом миссии самого худшего, как гора с плеч свалилась, тем более что оберст, до конца демонстрируя свое благорасположение, лично проводил его к выходу…
Петро Меланюк ждал Длугого на «Рыцажской». Похожий сейчас на отдыхающего «люмпена» он грелся на солнышке, подпирая стенку рядом с каким-то парадным. Мимо то и дело проходили люди. Петро, переминаясь с ноги на ногу, нетерпеливо посматривал на угол. Однако Длугий неожиданно появился совсем с другой стороны. Бросив косой взгляд вдоль улицы и вытащив папиросу, он обратился к Меланюку:
— Извините, прикурить не найдется?
Петро не спеша достал зажигалку и начал лениво, без стремления высечь пламя крутить колесико. Держа папиросу у рта, Длугий наклонился и быстро зашептал:
— Пойдете оба к «Жоржу». Это ресторан. «Кобза» покажет. Внизу спросите кельнера Генека. Пароль: часы швейцарские, фирмы «Лонжин». Контрольная цифра — семь. Запомнил?
— Угу… — Петро в конце концов высек искру, и фитиль вспыхнул. — Той «Лонжин» де брати?
— Обойдешься пока… — Длугий улыбнулся. — Кельнер устроит вам переход границы. И насчет «Кобзы»… Или он там — живой, или здесь — мертвый… Это приказ, понял?
— Зроблю…
Длугий испытывающе посмотрел на Меланюка, пыхнул ему в лицо дымом и, как ни в чем не бывало, пошел дальше. Петро проводил его взглядом, оттолкнулся от стены и тоже зашагал улицей, старательно вспоминая, где ему надо повернуть, чтобы не заблукать в этом непривычном городе.
После бегства из Загайчиков к Петру никаких вопросов не возникло. Уж очень точно легли факты его подлинной биографии на легенду, тщательно разработанную «товарищем Иваном». Больше того, Петро вместе с Пилюком получил категорический приказ уходить за кордон. Вместе они немедленно выехали во Львов, где их и встретил пан Длугий.
Как показалось им обоим, этот пан Длугий был сверхосторожен, но Петро безоговорочно подчинялся всем его требованиям. Только последний приказ зародил у Меланюка кое-какие подозрения. Первый раз ему самому нужно было выбрать линию поведения. Впрочем, пока для него главным было не заблудиться, и Петро облегченно вздохнул, благополучно выйдя в условленное место и увидев там Пилюка.
«Кобза» торчал возле богатой брамы и мял в руке букетик фиалок, как обычный «студиозус», прибежавший раньше времени на свиданье. Заметив Меланюка, Тарас демонстративно выбросил буктик и так заспешил, что Петро догнал его только через полквартала.