Терминатор 1965
Шрифт:
А пока, есть такая возможность, отдохнуть от космического рабства хочется, – посибаритствовать немножко в СССР. Спеть с Высоцким, выпить с Гагариным, молодую Светлану Светличную обаять. Прости, Витёк, но как только изыдем из деревни Поветкино, ни хрена в твоём облике не останется от прежнего Протасова Виктора Сергеевича 1938 года рождения, комсомольца и подкаблучника, страдающего плоскостопием п близорукостью…
Глава 2
Железнодорожный вокзал в славном партизанском городе Брянске ничем не примечательное в архитектурном плане строение. В буфет очередь, хмурые озабоченные люди, орущие дети. Попросил налить бурду,
Да, с беляшами какой то штамп заезжий, память у меня превосходная, всё помню что случилась на пятьсот лет ранее, книжки читанные в первой жизни о приключениях попаданцев в СССР прям таки изобилуют описаниями вкуснющих беляшей и коржиков, без примесей пальмового масла и прочих вредных добавок.
Эх, писаки, вас бы в проходческий скафандр и на питание из «трубочки». Поработивший человечество искусственный интеллект особо не заморачивался – ни «кофы» ни «какавы» нам, элитному подразделению тружеников ближнего космоса не полагалось, сосали через трубочку то, что дают и не роптали. Раствор, надо признать был донельзя питательный, а насчёт вкуса, так Слияние нам рецепторы «обнуляло». И сейчас, я за милую душу буду уплетать хоть советский пломбир, всем-всем ГОСТ-ам микояновским соответствующий, хоть его пальмовомасляный российский аналог. Ибо пофиг!
Тем более никакие болячки не страшны, организм до последней клетки, до последнего нейрона управляется «Слиянием и Контролем». А это значит, теоретически, – жить можно вечно, пока Земля-матушка вертится. Или пока земляне не изобретут искусственный Разум, который себе подчинит всё и вся и меня в том числе…
Но, хватит о печальном, лет 100–120 есть в запасе. Лишь в самом конце 21 века был утрачен контроль за разумной машинерией, а пока тут с ЭВМ напряжёнка, по большей части счёты в ходу, костяшечки-деревяшечки. Да, а счёты то бухгалтерские я уже использовал. Свёл, так сказать счёты счётами…
Осматривая жилище Витька в деревушке Поветкино, наведался и в комнату дражайшей супруги, оказавшейся Зоей Петровной тридцати лет от роду. На три года супруга старше да-с, такая вот информация к размышлению. Дальнейшее изучение документов Зои «обрадовало» наличием дочери Катерины девяти лет. Да вот и койка вторая стоит в большой комнате, рядом с двуспальной мамкиной. Хм, похоже ВиктОр в своей каморке (дом состоит из просторной кухни-холла и двух комнат) и обитает – топчан с лоскутным одеялом поверх, там и ютится незадачливый самоубийца. Эх, Витёк, Витёк, задрот-подкаблучник, угораздило же в тебя «вселиться»…
Фотографии на стенах «дамкой комнаты» явно указывали, что отсутствующая дщерь Катерина ни единой чёрточкой на «папу Витю» не походит, зато вылитая копия мордатого чувака, что на школьных фото и застольно-праздничных изображениях рядом с Зоей многократно пропечатан. По иронии судьбы, по информации из «овала» школьного снимка – тёзка. Ага, Виктор Рябоконь.
Судя по габаритам, тот ещё коняга. Рожа как у актёра Кокшёнова, только тот, фактурный дядька, деревенских простоватых мужиков изображая всё-таки на пару порядков интеллигентнее и возвышеннее смотрится наглой хари гражданина Рябоконя.
На «книжке» у Зоиньки «саккумулировано» аж 374 рубля с копейками, для сравнения, у Витеньки Протасова – 23 рубля 14 копеек, негусто.
Что ж, как учили в первой жизни – оценил обстановку, принял решение и вперёд! Потому, более не шхерясь, достал из-под стола пяток яиц, соль придвинул, хлеба корочку отломил и приступил к пиршеству. Вкуснотища!
Ввалившаяся в дом Зоя Петровна настолько изумилась вольготно
Перехватил кулак любезной супруги, аккуратно вывернул её десницу, она и охнуть не успела, оказавшись на полу на коленях, спиной к Виктору. Чёрт к какому Виктору – ко мне! Продолжая удерживать на излом Зоину руку (раза в полтора здоровше чем у меня) ткнул женщину лбом в пол. Молчит, лишь поскуливает, видимо ещё не осознала, что с ней сотворил! (и сотворит!) недотёпистый муженёк.
Разрешите не описывать процесс соития с Зоей Петровной во всех подробностях. Скажу шпик – не посрамил космошахтёров! Начали с догги-стайл, а далее как только Зоеньку не вертел. Кстати она уже через полминуты показала себя во всей красе – ого-го какого темперамента женщина! Ну да ладно, восторжествовав над взбунтовавшейся женой, внаглую закрепил победу – ещё пару яиц выпил и, шлёпнув бабу по заду, устало молвил: «Сооруди пожрать, яичницу пожарь, сала настрогай. Лучку нарви».
– Сейчас-сейчас, – засуетилась Зоя, халат не дозастегнув подорвалась в подполье, зазвенела банками-склянками, кося ошалелыми очами на супруга.
Как всё-таки мало надо женщине для счастья – получить люлей и быть оттраханной законным мужем. Но, похоже, и на эту малость Витёк был не способен, за что и сослали бедолагу в каморку. Да и свежие фотографии Рябоконя наводят на мысль о продолжении связи Зои с отцом Катерины.
– Ты чего так, – робко вопросила жёнушка, наблюдая, как Виктор Сергеевич поглощает яства, коими осчастливленная мадам Протасова уставила стол, – а если бы Катька зашла, хорошо она у бабушки до школы.
– Того, – хмуро буркнул в ответ, – ходишь тут, жопой водишь.
– Ой, Вить, да ладно, можно ж и по-человечески. В кровати.
– Можно, – согласно кивнул, – баню протопи, а я с документами поработаю…
О сколько же наиценнейшей информации опытный разведчик получает от удовлетворённой женщины! Наверное, Штирлицу лучше знать, но не снят ещё сериал о приключениях отважного штандартенфюрера, да и любовные похождения Макса Отто в «Мгновениях» не особо отражены.
Но Зоенька, допустив муженька в постель супружескую, о чём нисколько не пожалела, после «этого самого» настроилась поговорить. Я, не будь дураком, слушал и реплики отпускал, то одобрительные, то негодующие. Сволочей и вредителей в нашем Поветкпно проживает кабы не больше половины, а Марья Власенко – сучка и при фашистах работала. А её завфермой поставили, всё потому что даёт заведующему третьего отделения совхоза «Ленинский» Петру Михайловичу Пришвину. А сам Пришвин, тот ещё старый козёл, намекает приличным замужним женщинам насчёт переспать и такого мужика грамотного как Витя Протасов держит на 70 рублях, не продвигая непьющего счетовода куда повыше…
– Вот, что, Зоя. Я тут покумекал и решил – уезжать отсюда надо, пока не поздно. В город, к людям.
– Куда? В Брянск?
– Сдался этот Брянск. У меня знакомый, вместе на курсах учились, он сейчас в Красноярске, при алюминиевом заводе снабженцем работает. По горячей сетке получает, а сам на заводе и не появляется – четыре склада в подчинении. Зовёт, нужен там надёжный человек.
– Это под Ростовом?
– Дурында, под Ростовом – Краснодар. А Красноярск на Енисее, в Сибири.