Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Шрифт:

— Видишь ли, матери я не знаю… Могу сказать, что внешне Женя просто портрет отца.

Таня задумчиво проводила глазами по-весеннему свежий лужок. Среди сочной травы ярко желтели цветы. Издали не узнаешь, что это — одуванчики пли мать-мачеха?

Тем временем Ира, удалившись от Жени на почтительное расстояние, рискнула пустить еще одну стрелу:

— Видно, ты и мамаше своей до смерти осточертел. Сплавила тебя на экскурсию в таком замызганном виде.

Таня насторожилась. «Осточертел… Сплавила», — отметила она про себя. Если бы такие слова вырвались у кого другого, а то у

Иры, с которой Таня больше никогда в жизни не обменяется ни единым словом, она тут же проверила бы мелькнувшее подозрение. А так приходится попристальней вглядеться в самого Женю. Несомненно озлоблен, да еще как! Довела семейная обстановочка… Грозит кулаком не только Касатке, но и чуть ли не всему теплоходу:

— Пусть еще кто попробует сунуться!

Валентина Федоровна отозвалась так тихо, что ее услышала одна Таня:

— Сунемся! Завтра же, милый мой, буду у тебя дома.

5. Тишь да гладь

На исходе следующего дня в новой квартирке Перчихиных было спокойно и тихо, как, впрочем, всегда в отсутствие Жени. Длиннолицый, лысеющий Петр Самсонович работал за большим двухтумбовым столом, сияющим, как рояль.

Поверхность стола, освещенная настольной лампой, отражала мраморный письменный прибор с двумя пустыми чернильницами и бледную руку Петра Самсоновича, которая то двигалась и о разграфленным листкам, то, онемев, отдыхала, выпуская на миг авторучку.

Во второй комнате, торжественно именуемой гостиной, трудилась его жена Надежда Андреевна. Эта немолодая, болезненно-полная женщина, не считаясь с одышкой, методичными движениями подправляла и без того зеркально гладкий паркет. Поводит по дощечкам суконкой, точно погладит, приласкает их, а затем остановится, полюбуется гостиной.

Хорошо сейчас в комнате, всему определено свое место. И мебели, и изящным вещичкам, расставленным на столе. Зато как появится Женя — все это словно бросится врассыпную. Занавеси и те всполошатся. А в поздний час… пропадает сон, когда Женя ложится спать. Тахта превращается в логово. Не в постель, а именно в логово, в берлогу дикого зверя. Одеяло дыбом. Вся жизнь дыбом!

Вздохнув, Надежда Андреевна распахнула балконную дверь. В комнату, которую освещала одна лампочка — к чему без гостей зажигать сразу всю люстру? — вторгся свет улицы. Запахло свежестью, слежеполитой землей. В ящиках, сколоченных знакомым плотником, уже цветут левкои и анютины глазки — первое убранство весны.

Далеко видна прямая, очерченная вереницей матовых фонарей, широкая магистраль. Вдали — недостроенные еще корпуса в окружении башенных кранов, вблизи — расцвеченные огнями новехонькие Дома. Квартиры приняли новоселов, каждый налаживает жизнь по-своему. Надежда Андреевна убеждена, что они, Перчихины, лучше многих иных устраивают свою жизнь. Очень прилично устраивают.

И все-таки… Она не склонна к философии, но ей бы хотелось знать поточней, как человеку следует правильно жить. Хоть бы кто-нибудь ей объяснил, почему в ее милой уютной квартирке не прижилось счастье. Ведь все, кажется, есть. Почти все… Сразу всего не приобретешь, но они с мужем стараются. Он, где только можно, достает дополнительный

заработок — экспертизу проектов, смет. Она тоже совсем не щадит себя. И работает, и выхаживает дом, как ребенка.

Зато не стыдно перед людьми.

Обойдя комнату, поправив складки на занавесях, на плюшевой скатерти, Перчихина разрешила себе небольшой отдых. Малиновое кресло полагалось беречь — оно особенно красит гостиную. Лучше сесть в это, простенькое. Села, задумалась…

Последнее время она часто задумывается, мучительно хочет понять, почему ее сыновья перестали любить свой дом. Всегда казалось — растут хорошими мальчуганами… Вот они оба стоят перед пей в обнимку, в рубашечках, которые она сама вышивала. Славная фотография, и рамочка в самый раз. Сразу видно — дети из приличной семьи. Пуговки все застегнуты, вихры приглажены щеткой, улыбаются, как положено, в объектив. Женька немного подпортил, измял обе рубахи. Увидел фотографа и повис, оробев, на плече у брата.

Анатолий смотрит спокойно, весело, а у младшего улыбка получилась несколько жалостной. Может быть, оттого, что накануне выпал передний зуб. Из-за этого мальчик кажется каким-то незащищенным.

Зато теперь зубаст, не знаешь, как от него защититься. Отчего перемена, не поймешь. Ведь и с Толиком что-то стряслось. Покладистый, добрый, и вдруг, почти перед самым переселением: «До свидания, дорогие родители, адрес скоро пришлю». Не посчитался с тем, что большой семье квартиру могли дать побольше.

Без Толи, признаться, тоскливо… Да и младший после его отъезда вовсе замучил, совсем отбился от рук. Давно бы надо поговорить с отцом, но Петр, бедняга, и без того потерял сон, ворочается до рассвета. И в какой хорошей, новой постели ворочается!

Неслышно ступая разношенными, мягкими шлепанцами, которые берегли не только навощенный пол, но и усталые ноги с набухшими венами, Надежда Андреевна вошла в соседнюю комнату.

— Петя, не пора отдохнуть?

— Нельзя, Наденька! Сама понимаешь: срок есть срок.

— Тогда, может, чаю покрепче? — Было бы неразумным экономить на чае, хотя его в последнее время уходило невероятно много. — Ну как, налить горяченького?

— Пока погоди… Да, Надюша, Евгений еще не пришел?

— Женя? — почему-то виноватым голосом переспросила жена. — Видишь ли, Женя в кино. На двух сериях. Помнить, Морозовы очень хвалили «Чрезвычайное происшествие»?

— Я помню, как выглядит его школьный дневник. Что ни страница, то чрезвычайное происшествие. А мы с тобой потакаем! Вчера, вместо того чтобы наказать за дерзость, отпустили на прогулочку по каналу. Сегодня, извольте, кино!

Мать возражает отцу, правда, не слишком уверенно:

— За вчерашнее он извинился. Вот я и послала его немного развлечься.

Поневоле отправишь: две серии — это более трех часов тишины в квартире. Часы домашнего покоя необходимо оберегать. Ради мужа, который набрал столько срочной работы. Ну, что он сердится? Будто она не желает ему добра…

— Позовешь, коли понадоблюсь, — сказала уходя Надежда Андреевна и тут же вернулась, чтобы достать из новой полированной тумбочки пузырек с сердечными каплями: пусть стоит на виду возле чернильниц.

Поделиться:
Популярные книги

Дракон с подарком

Суббота Светлана
3. Королевская академия Драко
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
6.62
рейтинг книги
Дракон с подарком

Государь

Кулаков Алексей Иванович
3. Рюрикова кровь
Фантастика:
мистика
альтернативная история
историческое фэнтези
6.25
рейтинг книги
Государь

Новая мама в семье драконов

Смертная Елена
2. В доме драконов
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
5.00
рейтинг книги
Новая мама в семье драконов

Прорвемся, опера!

Киров Никита
1. Опер
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
5.00
рейтинг книги
Прорвемся, опера!

Офицер-разведки

Поселягин Владимир Геннадьевич
2. Красноармеец
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Офицер-разведки

Провинциал. Книга 3

Лопарев Игорь Викторович
3. Провинциал
Фантастика:
космическая фантастика
рпг
аниме
5.00
рейтинг книги
Провинциал. Книга 3

Мимик нового Мира 5

Северный Лис
4. Мимик!
Фантастика:
юмористическая фантастика
постапокалипсис
рпг
5.00
рейтинг книги
Мимик нового Мира 5

Убивать чтобы жить 3

Бор Жорж
3. УЧЖ
Фантастика:
героическая фантастика
боевая фантастика
рпг
5.00
рейтинг книги
Убивать чтобы жить 3

Мама для дракончика или Жена к вылуплению

Максонова Мария
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
5.00
рейтинг книги
Мама для дракончика или Жена к вылуплению

Кодекс Охотника. Книга XVI

Винокуров Юрий
16. Кодекс Охотника
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Кодекс Охотника. Книга XVI

Ученик

Первухин Андрей Евгеньевич
1. Ученик
Фантастика:
фэнтези
6.20
рейтинг книги
Ученик

Сопротивляйся мне

Вечная Ольга
3. Порочная власть
Любовные романы:
современные любовные романы
эро литература
6.00
рейтинг книги
Сопротивляйся мне

Сам себе властелин 4

Горбов Александр Михайлович
4. Сам себе властелин
Фантастика:
фэнтези
юмористическая фантастика
попаданцы
6.09
рейтинг книги
Сам себе властелин 4

Полковник Империи

Ланцов Михаил Алексеевич
3. Безумный Макс
Фантастика:
альтернативная история
6.58
рейтинг книги
Полковник Империи