Зомби-рок-н-рольщицы из исправительной школы
Шрифт:
Сибил открыла рот и облизнула губы. Увидела пульсирующую на шее девчонки венку и заерзала. Эта шея... эта прекрасная шея... какая же она нежная...
Какая... изысканая.
Жажда плоти начала поглощать ее, настолько, что она едва расслышала следующие слова Синтии: - Потом однажды ночью Кэти ушла в твой кабинет и не вернулась.
– Она снова ухмыльнулась.
– Я не поверила в эту чушь про побег. Кэти так не поступила бы. Она действительно хотела понравиться тебе. Хочешь верь, хочешь не верь. И все же по какой-то причине она исчезла навсегда. Ты убила ее, не так ли, Сифилис?
Сибил улыбнулась. Боль быстро утихала,
Она рассмеялась.
– Да. Я убила ее. Это было... тааааак... здоооооооооорово...
Признание вызвало у нее невероятно ощущение.
Экстаз. Да. Это чувство было таким всепоглощающим, что ей даже не пришло в голову задуматься, что - помимо лошадиной дозы морфина - могло так эффективно снять боль за столь короткое время. Если б кто-то сказал ей, что она находится в процессе умирания - и перевоплощения - это не вызвало бы у нее обеспокоенность. Это была цена, которую она с удовольствием заплатила бы за такое ощущение.
Ее странное поведение вызвало у Синтии новую вспышку праведного гнева.
– Гектор! Дай мне это!
Сибил рассмеялась над ненамеренным порнографическим оттенком в словах девчонки.
Но увидев, что девчонка держит в руках, подавила смех. Подушка. Одетая в одну из накрахмаленных белых наволочек, которые работницы ЮИЦМП меняли каждый день. Сибил нахмурилась, не понимая, что задумала эта маленькая сучка. Затем подушка оказалась у нее на лице, ее мягкая поверхность надавила на нее, перекрыв доступ воздуха. Вспышка паники затмила ощущение эйфории, и Сибил забилась под девчонкой, принялась сопротивляться с яростью и энергией, достойной быка на родео, пытающегося сбросить с себя наездника.
Девчонка слетела с нее. Подушка соскользнула с лица, и Сибил стала жадно хватать ртом воздух. Ей удалось освободить одну руку, и прежде чем девчонка сумела снова положить ей на лицо подушку, Сибил схватила ее за запястье и потянула к себе.
Девчонка закричала, на этот раз от страха, а не от ярости.
Сибил зарычала, широко разинула рот и вонзила зубы в эту нежную, сладкую плоть. Горячая кровь хлынула ей в горло, и чувство эйфории вернулось. Насилие, в сочетании с ощущением крови и сырого мяса на языке, усилило это чувство в десять раз.
Она жевала плоть девчонки.
И стонала.
Нет, не в десять, в тысячу раз.
Девчонка закричала, но на этот раз гораздо слабее. Это был крик умирающего. Она пыталась вырваться, но Сибил крепко держала ее. Снова притянула к себе. И вонзила зубы в одну из ее щек. Дернула головой, и большой кусок мяса оторвался, обнажив мышцы и сухожилия. Девчонка слабо всхлипнула и упала на нее. Затем на помощь своей юной любовнице наконец пришел Гектор. Но, к сожалению, немного поздно.
Она отбросила в сторону мертвую девчонку и вонзила пальцы в глазницы вахтера. Они прошли сквозь глазные яблоки с удивительной легкостью. Закончив с Гектором, Сибил тоже отбросила его в сторону и, шатаясь, вышла из комнаты.
Только к тому моменту она была уже не совсем Сибил Хаффингтон.
Она стала лучше.
Сильнее.
И была очень, очень голодной.
15. ВЕРНАЯ ЦЕЛЬ
"My Aim is True" (Elvis Costello, 1977)
Другой охранник, спотыкаясь, попятился назад, ударился об край стола и потерял равновесие. Когда он повалился на пол, инстинкт заставил его вытянуть перед собой руку, предположительно, чтобы смягчить падение. Но рука приземлилась под неправильным углом и приняла на себя весь вес падающего хозяина. Раздался треск, будто сломалась ветка, затем последовал крик боли. Из-за острого угла перелома, осколок кости прошел сквозь плоть. Первая зомби-шлюха упала на него и вонзила зубы ему в шею. Охранник снова пронзительно закричал, и его тело забилось в конвульсиях. Он предпринял последнюю отчаянную попытку сбросить с себя зомби. Для этого он просунул под себя здоровую руку и попытался встать на колени. Но тварь держал его крепко и вырвала из него кусок окровавленной плоти. Охранник пошатнулся, и тварь снова увлекла его на пол. Спустя несколько мгновений с ним все было кончено.
Мелисса из положения лежа наблюдала за таким проявлением полной некомпетенции. Пуля задела ей в плечо. Считай, ей повезло. Несмотря на сильную боль, рана была незначительной. Всего лишь царапина. Хотя на одном везении далеко не уедешь. Ей нужно поднять задницу - как можно быстрее - и бежать со всех ног.
Линди снова закричала.
Вставай и помоги ей, чертова идиотка!
Мелисса уперлась руками в пол и начала подниматься.
И тут над ней возник Дэвид. Его симпатичное, слегка женственное лицо было в крови и кусочках мяса. Он широко раскрыл рот, оскалив зубы. Из него вырвался звук, похожий на низкое предупреждающее рычание сторожевого пса, за которым последовал совершенно другой звук - который при кардинально иных обстоятельствах показался бы смешным - очень громкая и затяжная отрыжка.
Скорее, это была мать всех отрыжек.
Зомби Белуши.
В главной роли в фильме "Зверинец живых мертвецов" (имеется виду фильм "Зверинец" 1978 г. с Джоном Белуши в г. р.
– прим. пер.)
Она отвела ноги назад и резко ударила ими по коленным чашечкам Дэвида. Тот отлетел назад и врезался в воскресшего охранника. Охранник пошатнулся и отступил на несколько шагов, но сумел устоять на ногах, в то время как Дэвид свалился на пол бесформенной кучей. Мелисса подсунула под себя ноги и , используя их как рычаг, встала. Окинула взглядом пол в поисках ножа, но заметила кое-что получше - никелированный автоматический пистолет. Его ствол застрял в узкой щели между двух автоматов с закусками. Она бросилась через всю комнату, слегка поскользнувшись на мокром от крови полу, и присела, чтобы извлечь брошенное оружие. Вытащив его, она развернулась как раз во время, чтобы выстрелить в охранника, который всего несколько минут назад ранил ее из этого же пистолета. Теперь он был зомби. Пуля пробила ему живот и отбросила на шаг назад. Мелисса приподняла дуло пистолета, чтобы следующий выстрел произвести в голову.