Чтение онлайн

на главную

Жанры

Америкен бой
Шрифт:

— Вода горькая, а водка елкой воняет. Вот, значит, что вы там в Америке пьете. Да, это залпом стакан не шибанешь, по чуть-чуть выцеживать надо.

Ник молниеносно подивился параллели со своим се­годняшним ощущением от водки.

— В Америке, Паша, разное пьют. Только меньше, конечно. 

— Да оно понятно... Пьют меньше, живут дольше, жрут лучше, сказка! Так я говорю?

— Что ты имеешь в виду?

— Да ты и сам знаешь,— Паша тяжело навалился на стол, задев рукой вилку, которая со звоном отправилась на пол.— Сам знаешь, корешок,— Паша проводил вилку непонимающим взглядом, но с мысли не соскочил.— Сам знаешь... Потому и притащился сегодня ко мне с этой выпивкой и жрачкой. Только я тебе не священник, грехов не отпускаю. Но вот что я тебе скажу, америка­нец,— Паша хотел еще придвинуться, но ближе было некуда. Ник, почувствовав его усилие, сам наклонился к большому, плохо выбритому, пьяному лицу.— Я Серегу на войне не встречал, он меня от пули не спасал... Но если б я только мог... Если б я в сортир на коляске не ездил, то не жил бы, пока те гады, что Серегу убили, по земле ходят... Но не могу я! Ничего не могу, американец! Я даже совесть себе жрачкой такой закормить не могу...

Паша Ника разозлил. В чем-то он был прав, но все равно было обидно за несправедливость.

— Заткнулся бы ты,— сказал Ник. — Я ведь, знаешь, на войне тоже не обделывался. И в плену тоже. Что ты хочешь, чтобы я как Серега сдох? Здесь-то не война! Вон, люди с собаками гуляют, пиво пьют. Милиция есть тут у вас? Налоги вы зачем платите?

— Милиция, скорая помощь, служба газа... Звоните в любое время... Сука ты, американец. Теперь я ясно вижу, сука ты. И я сука, что за один стол с тобой сел. Все-то вы деньгами мерить умеете. Налоги! Ты хоть сам-то понимаешь, что говоришь? У тебя друга убили, а ты про налоги! Сука и есть.

— Ох, Паша, если бы не ноги твои, получил бы ты у меня и за суку, и за налоги заодно...

— Эх, корешок, если б не мои ноги...

Повисла пауза. Ник плеснул в стаканчики еще джина и намазал Паше бутерброд с толстым слоем масла и кра­сной икрой, ему казалось, что такое трезвит.

— Давай-ка,— они выпили, и Паша стал безразлично уплетать бутерброд, явно не понимая, что у него в руках.

— Пойми ты,— попробовал еще раз объяснить Ник.— Я ведь тоже не могу — у меня жена беременная там, в Америке, дом...

— А Серегина тут. И тоже беременная.

— Это я заметил. Но ты скажи мне, будет лучше, если я тут двух-трех подонков порешу? Больше-то не успею. Положит и меня кто-нибудь, их же много. Или если я жив останусь, жену с ребенком любить буду, о Серегиной вдове всю жизнь заботиться буду? Разве Сереге не так лучше отплатить? Ведь его не вернешь... Да даже если я жив останусь, ведь в тюрьму упекут. А уж чего я в жиз­ни поимел, так это тюрем всяких...

Паша размял «беломорину», нетвердыми пальцами чиркнул спичкой, прикурил.

— Черт с тобой, американец. Вот я тебе говорю: прав ты. Во всем прав. Езжай спокойно к жене.

У Ника несколько отлегло от сердца. Но Паша по­молчал и продолжил:

— Только не моя это правда. И не приму я ее никогда. А вообще-то все правильно. И если ты за этим приезжал, то я тебя отпускаю, вали в свою Америку...

— Спасибо,— зачем-то сказал Ник.

— Слушай,— вдруг встрепенулся Паша.— А ты се­годня до кафе-то дошел?

— Дошел.

— И чего тебе там сказали? 

— Ничего.

— Ну ты хоть пару окон им выбил, хозяину там профиль начистил или еще что?

— Да нет, к чему это все? Не они же...

Паша покивал головой, но потом как бы про себя заметил:

— Я бы непременно все там разнес. Ну совершенно все. Ну до основания. Эх, ладно, ночь на дворе, ступай. Мне спать пора.

* * *

Когда Ник, слегка пошатываясь, выходил из подъез­да, навстречу поднимался тот паренек, что гулял с девуш­кой и собаками. Они удивленно уставились друг на друга: это был один из тех ребят, что фарцевали в гостинице наградами.

И чувство освобождения, которое Ник мимолетно ощутил, словно сбросив с души непомерный груз, это чувство дало слабину.

Сразу стала видна и грязь на дороге, и такси не ловилось, и за каждым освещенным окном Нику мерещи­лась всякая гадость.

Он добрался до гостиницы и сразу перезвонил портье:

— Как переоформить авиабилет?

— Я вам сейчас телефон продиктую, но агентство работает только с десяти утра...

Ник записал телефон и.лег спать.

Некоторое время его неприятно покачивало от непри­вычной дозы алкоголя, но потом поплыли перед глазами образы — то Паша, давящий на рычаги своего загадочного станка,, то Таня, безразлично глядящая как бы сквозь него...

«Господи,— подумал Ник.— Ну почему это не сон?»

А это был уже сон.

* * *

Это только так кажется, что больше всего преступле­ний происходит по ночам. На самом деле каждому пре­ступлению— свое время, а ночь — романтикам.

К дому, где жила Таня, весело подрулила «девятка» цвета «мокрый асфальт», отчего-то считавшегося особен­но престижным. Из нее неспеша выгрузились два челове­ка в кожаных куртках и с толстыми золотыми цепочками на бычьих шеях и вошли в подъезд.

Таня никого не ждала. Но последние несколько дней, несмотря на ее просьбы не беспокоиться, к ней часто заходили. То соседки, то подружки, один раз пришли ребята из автопарка, где Сергей работал до того, как устроился на свою последнюю работу. Принесли немного денег. Она отказывалась, но они деньги все равно остави­ли. Потом еще приходил этот американский друг Сергея.

Но и его она видеть не могла. Все, что напоминало ей Сергея, причиняло нестерпимую боль. Ей как-то хотелось остаться с ним наедине, чтобы никто больше о нем не помнил, чтобы никто не мог ей ничего о нем рассказать, чтобы он полностью

принадлежал ей.

Почти все время, сидя одна в квартире, она методично вспоминала его, каждую черточку, каждый жест, стараясь довести этот образ до полного совершенства. Любое вторжение болезненно отражалось на этой работе.

Телефона у нее не было, поэтому являлись просто так, без предупреждекия. Она покорно открывала дверь и старалась вежливо поговорить, но в квартиру пускала неохотно.

Она как раз готовила чай, когда в дверь очередной раз позвонили. Мельком глянув в окно на сырое туманное утро, Таня подошла к двери, спросила:

Популярные книги

Жена на четверых

Кожина Ксения
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
эро литература
5.60
рейтинг книги
Жена на четверых

Кодекс Крови. Книга V

Борзых М.
5. РОС: Кодекс Крови
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Кодекс Крови. Книга V

Кодекс Охотника. Книга VI

Винокуров Юрий
6. Кодекс Охотника
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Кодекс Охотника. Книга VI

Виконт. Книга 2. Обретение силы

Юллем Евгений
2. Псевдоним `Испанец`
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
рпг
7.10
рейтинг книги
Виконт. Книга 2. Обретение силы

Доктора вызывали? или Трудовые будни попаданки

Марей Соня
Фантастика:
юмористическая фантастика
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Доктора вызывали? или Трудовые будни попаданки

Дракон с подарком

Суббота Светлана
3. Королевская академия Драко
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
6.62
рейтинг книги
Дракон с подарком

Последний попаданец 2

Зубов Константин
2. Последний попаданец
Фантастика:
юмористическая фантастика
попаданцы
рпг
7.50
рейтинг книги
Последний попаданец 2

Усадьба леди Анны

Ром Полина
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
5.00
рейтинг книги
Усадьба леди Анны

Кровь и Пламя

Михайлов Дем Алексеевич
7. Изгой
Фантастика:
фэнтези
8.95
рейтинг книги
Кровь и Пламя

Ветер и искры. Тетралогия

Пехов Алексей Юрьевич
Ветер и искры
Фантастика:
фэнтези
9.45
рейтинг книги
Ветер и искры. Тетралогия

Меняя маски

Метельский Николай Александрович
1. Унесенный ветром
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
9.22
рейтинг книги
Меняя маски

Разведчик. Заброшенный в 43-й

Корчевский Юрий Григорьевич
Героическая фантастика
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
альтернативная история
5.93
рейтинг книги
Разведчик. Заброшенный в 43-й

Крестоносец

Ланцов Михаил Алексеевич
7. Помещик
Фантастика:
героическая фантастика
попаданцы
альтернативная история
5.00
рейтинг книги
Крестоносец

Идеальный мир для Лекаря 16

Сапфир Олег
16. Лекарь
Фантастика:
боевая фантастика
юмористическая фантастика
аниме
5.00
рейтинг книги
Идеальный мир для Лекаря 16