Эхо вины
Шрифт:
– Ни в коем случае! Надо, быть благодарными мистеру Триклу за то, что он дает тебе возможность заработать. А так быстро замены ему не найти. Не смей его подводить!
Сложившаяся ситуация сильно бесила Джека.
– Но ведь ты еле на ногах держишься! – воскликнул он. – Что себе позволяет эта миссис Квентин! До чего безответственная баба! Ведь мистеру Квентину, хочешь не хочешь, нужно быть в Лондоне, там его работа, и он не может бросить все на самотек. Но место его жены – здесь! Ну и мамаша! Как можно так себя вести? Исчезает ни с того ни с сего, а другие должны нянькаться
– Она ведь не знала, что я заболею, – успокаивающим тоном ответила Грейс. – И я пообещала ей присматривать за Ким столько, сколько потребуется.
– И все же это не дело. Так не годится! Мало того, что мы чуть с ума не сошли из-за нее, так еще и…
– Т-с-с! Тише, Джек, я не хочу, чтобы Ким слышала это!
Джек продолжал ворчать и склонять Вирджинию на все лады, однако в конце концов согласился поехать в Плимут, как и планировалось. Грейс пообещала, что она, после того как отвезет Ким в школу, сразу же ляжет в постель. Ничего другого ей в общем-то и не оставалось. Женщина горела от высокой температуры и чувствовала страшную слабость во всем теле.
«Ну почему эта напасть свалилась на меня именно сейчас?» – устало думала она.
Грейс не хотела подливать масла в огонь, не хотела особенно жаловаться, иначе ее супруг, холерик по темпераменту, начал бы еще сильнее костерить Вирджинию. Но, по правде говоря, Грейс тоже сердилась, и даже очень. Она просто кипела от злости. Ведь она знала немного больше, чем ее супруг. Хорошенько расспросив Ким, она выяснила, что Вирджиния преспокойно жила несколько дней под одной крышей с каким-то чужим мужиком, в то время как ее супруг находился далеко, в Лондоне. А теперь оба эти голубка пропали одновременно. Так… Грейс была не настолько глупа, чтобы не сделать соответствующих выводов. Бедный мистер Квентин! Она изменяет, ему в его же собственном доме! А теперь еще и бросила его одного с ребенком.
«Такого я от нее не ожидала, – думала Грейс с ненавистью. – Наверное, я ошиблась в ней. Такая спокойная, мягкая дама. Но в тихом омуте, видать, и вправду черти водятся!»
– Ну когда же все-таки вернется мамочка? – настойчиво ныла Ким.
Грейс пожала плечами:
– Не знаю, малышка.
Чихнув, она снова уткнулась в мокрый платок – наверное, в сотый раз за сегодняшнее утро. Глаза у Грейс были красные и слезились от простуды.
– Разве я тебе надоела? – с укоризной спросила женщина. Ким вздохнула:
– Нет. Но…
Она сидела, крутя чашку то в одну, то в другую сторону.
– Что? – спросила Грейс, снова чихая.
– Я думала, она приедет к первому школьному дню, – пояснила Ким. И тоже чихнула.
«Этого мне только не хватало», – подумала обессиленная Грейс.
Нет, она не поглядит на то, что Вирджиния Квентин – жена их работодателя. Когда она соизволит явиться, Грейс выпалит в это хорошенькое личико все, что она думает.
Но только когда это будет, Грейс не знала. И она не собиралась обсуждать свои тревоги и предположения с Ким. У девочки начало учебного года – тоже нелегкое время для ребенка. Пусть походит пока в школу. А там видно будет!
3
Человек
– Я вижу, вы собираетесь в отпуск? – кивнул Бейкер в сторону ярких проспектов.
Может быть, он считает это неуместным после такой трагедии?
Лиз покачала головой:
– Нет, не в отпуск. Я хочу уехать из Англии. Насовсем. Прочь от этого кошмара. Понимаете?
Она сделала движение головой в сторону гостиной, откуда громоподобно доносились последние новости.
– Понимаю, – сказал Бейкер. – После всего, что случилось, довольно разумно начать жизнь с чистого листа.
– Я хочу найти такую местность, где мне будет хорошо. Работать я могу горничной в каком-нибудь отеле. Кроме того, у меня есть опыт работы официанткой. У меня это неплохо получается. В любом случае в Испании гораздо теплее, чем здесь. Может быть, я встречу там какого-нибудь хорошего человека…
– От всего сердца желаю вам удачи, – искренне сказал Бейкер. Затем он прокашлялся. – Мисс Алби, я пришел, собственно, затем, чтобы… Мы располагаем новой информацией о предполагаемом убийце Рейчел Каннингэм.
И Бейкер вкратце рассказал о том, что они узнали со слов Юлии, что Рейчел заранее договорилась о встрече с мужчиной, который, скорее всего, и погубил ее.
– Девочка познакомилась с ним за несколько недель до того случая и с нетерпением ждала следующей встречи. К сожалению, она не описала его толком. Подружке она лишь сказала, что тот выглядел «классно, супер, как в кино».
– Да уж, описаньице, – хмыкнула Лиз.
– Мы решили вот что. Если допустить, что в обоих случаях преступление совершил один и тот же человек, то, может быть, он давно охотился за вашей дочерью? У него определенный талант легко вступать в контакт с детьми и обещать им всякие прелести, так что малыши просто теряют голову. Может быть, и от вашей дочери вы слышали что-нибудь в этом роде? Какие-то обмолвки, намеки на что-нибудь подобное? Или, может быть, вы видели, как раньше к ней подходил кто-нибудь посторонний? Могло так быть?
Он смотрел на Лиз с надеждой.
«Все ясно. У них совершенно нет версий, – поняла Лиз. – Ни малейшей зацепки! Они хватаются за любую соломинку, тычутся в разные стороны, как слепые котята…»
Несколько мгновений она медлила с ответом.
– Нет, – сказала она твердо. – Никто не подходил к моей дочери. Ей было всего четыре года. Она не бегала по округе просто так, без присмотра.
– Может быть, она оставалась ненадолго одна на какой-нибудь детской площадке…