О проблемах языка и мышления
Шрифт:
[Таким образом, стоимость (Wert) и значение (W"urde) и по этимологическому происхождению и по смыслу тесно друг с другом связаны. Это обстоятельство затемняется благодаря тому, что в новом немецком языке стало обычным неорганическое (ложное) образование флексий от слова Wert (стоимость: Wert, Wertes вместо Werdes, так как готскому th соответствует верхне-немецкое d, а не th = t, и то же самое наблюдается в средне-немецком языке (Wert, родит. Werdes). По правилам средне-верхне-немецкого языка, d в конце слова должно было бы превратиться в t, т.е. Wert вместо Werd,
[Все это, однако, имеет так же мало общего с экономической категорией «стоимость», как и с химической стоимостью [т.е. валентностью] (Wert) химических элементов (атомистика) или с химическими эквивалентами (весовые соотношения соединений химических элементов).]
(К. Маркс. Из критических замечаний на книгу А. Вагнера. – Архив, V, 396 – 398. 1930 г. // 19, 386 – 388.)
Обычные названия весового масштаба и его подразделений послужили первоначальными названиями и денежного масштаба. Но мало-помалу денежные названия веса металла отделяются от первоначальных названий. Происходит это по различным причинам, между которыми наиболее важную роль в истории играли следующие: 1) Введение иностранных денег у народов, находящихся на низких ступенях развития. Так, например, в древнем Риме золотые и серебряные монеты сначала обращались как иностранные товары. Названия этих денег, конечно, отличны от названий туземных весовых единиц. 2) С развитием богатства менее благородный металл вытесняется из своей функции меры стоимости более благородным, – медь вытесняется серебром, серебро золотом, как ни противоречит этот порядок поэтической хронологии золотого и серебряного веков. Фунт стерлингов был, например, денежным названием для действительного фунта серебра, но когда золото вытеснило серебро в качестве меры стоимости, это же название стало применяться к количеству золота, составлявшему, быть может, 1/15 фунта или даже меньше, в зависимости от отношения между стоимостью золота и серебра. Фунт как денежное название и обычное весовое название данного количества золота теперь разделились. 3) В течение целого ряда веков монархи занимались непрерывной фальсификацией монеты, вследствие чего от первоначального веса монет действительно остались одни только названия.
Благодаря этим историческим процессам отделение денежного названия весовых количеств металла от их обычных весовых названий становится народным обыкновением. Так как денежный масштаб, с одной стороны, совершенно условен, а с другой стороны – должен пользоваться всеобщим признанием, то он в конце концов регулируется законом. Определенное весовое количество благородного металла, например, унция золота, официально разделяется на определенные части, которые и нарекаются при этом своем легальном крещении определенными именами, напр., фунт, талер и т.д. Теперь единицу денежной меры в собственном смысле этого слова составляет уже каждая такая часть, подразделяемая в свою очередь на новые части, получающие из уст закона свои имена: шиллинг, пенни и т.д. [34] Во всяком случае определенные весовые количества металла по-прежнему остаются масштабом металлических денег. Изменяется только способ разделения на части и наименования последних.
34
Прим. ко 2-му изд.: Господин Давид Уркварт в своем «Familiar words» называет чудовищным (!) тот факт, что в настоящее время фунт (фунт стерлингов), единица английского масштаба денег, равняется приблизительно 1/4 унции золота: «Это – фальсификация меры, – говорит он, – а не установление ее масштаба». В этом «ложном наименовании» веса золота он, как и везде, усматривает фальсифицирующую руку цивилизации.
Итак, цены, или количества золота, в которые идеально превращаются стоимости товаров, выражаются теперь в денежных названиях, или законодательно признанных счетных названиях денежного масштаба. Вместо того, чтобы сказать, что квартер пшеницы равен одной унции золота, англичанин скажет, что он равен 3 фунтам стерлингов 17 шиллингам 10 1/2 пенсам. Таким образом в денежных названиях товары показывают, чего они стоят, и деньги функционируют как счетные деньги каждый раз, когда требуется фиксировать какую-либо вещь как стоимость, т.е. в денежной форме.
Название какой-либо вещи не имеет ничего общего с ее природой. Я решительно ничего не знаю о данном человеке, если знаю только, что его зовут Яковом. Точно также и в денежных названиях фунт, талер, франк, дукат и т.д. изглаживается всякий след отношения стоимостей. Путаница понятий относительно современного смысла этих кабалистических знаков тем значительнее, чем денежные названия выражают одновременно и стоимость товаров, и определенную часть данного веса металлов, денежного масштаба. С другой стороны, необходимо, чтобы стоимость, в отличие от пестрых в своем разнообразии тел товарного мира, развилась в эту иррационально вещную и в то же время чисто общественную форму.
Цена есть денежное название овеществленного в товаре труда. Следовательно, эквивалентность товара и того количества денег, название которого есть его цена, представляет простую тавтологию, как и вообще относительное выражение стоимости товара есть в то же время выражение эквивалентности двух товаров.
(К. Маркс. Капитал, I, 53 – 55. Изд. 8-е // 23, 109 – 111.)
Английский язык имеет то преимущество, что в нем существуют два различные слова для обозначения двух различных сторон труда. Труд, качественно определенный, создающий потребительные стоимости, называется work в противоположность labour; труд, создающий стоимость и измеряемый лишь количественно, называется labour в противоположность work.
(Ф. Энгельс. Примечание к английскому переводу Капитала, т. I, стр. 14. – К. Маркс. Капитал, т. I, изд. 8, стр. 11 // 23, 56, прим.)
…золото и серебро являются не только отрицательно излишними, т.е. такими предметами, без которых можно обойтись, но их эстетические свойства делают их естественным материалом всякого рода роскоши, украшений, блеска, праздничных потребностей, короче говоря, положительной формой излишка и богатства. Они до известной степени являются как бы самородным светилом, добытым из подземного мира, так как серебро отражает все световые лучи в их первоначальном соединении, золото отражает наивысшее напряжение света, именно – красный цвет. Ощущение же цветов является наиболее популярной формой эстетического чувства вообще. Этимологическая связь названий благородных металлов с соотношениями цветов в различных индо-германских языках доказана Яковом Гриммом (см. его «Историю немецкого языка»).
(К. Маркс. К критике политической экономии, 172 – 173. 1932 г. // 13, 136.)
Мы ставим в кавычки слово крестьянство, чтобы отметить наличность в этом случае не подлежащего никакому сомнению противоречия: в современном обществе крестьянство, конечно, не является уже единым классом. Но кто смущается этим противоречием, тот забывает, что это – противоречие не изложения, не доктрины, а противоречие самой жизни. Это – не сочиненное, а живое диалектическое противоречие.
(В.И. Ленин. Аграрная программа русской социал-демократии. – Соч., V, 92 // 6, 312.)
4. Классовое содержание неверной терминологии
Идеализм Фейербаха состоит здесь в том, что он половую любовь, дружбу, сострадание, самоотвержение и все основанные на взаимной склонности отношения людей не решается оставить в том виде, какой они имеют сами по себе, помимо связи их с какой-нибудь особой религиозной системой, унаследованной от прошлого. Он утверждает, что полное свое значение эти отношения получают только тогда, когда их осветят словом: религия. Для него главное дело не в том, чтобы существовали такие чисто человеческие отношения, а в том, чтобы на них смотрели, как на новую, истинную религию. Он соглашается признать их полными только в том случае, если к ним будет приложена печать религии. Существительное религия происходит от глагола religare и означало первоначальна связь. Таким образом, всякая взаимная связь людей есть религия. Подобные этимологические фокусы представляют собою последнюю лазейку идеалистической философии. Словам приписывается не то значение, какое получили они путем долгого исторического употребления, а то, какое они должны были бы иметь в силу своей этимологической родословной. Чтобы не исчезло дорогое по старой идеалистической привычке словцо: религия, возводятся в сан религии половая любовь и половые отношения.