Одиннадцать друзей Лафейсона
Шрифт:
– Зараза ты, Лафейсон. Взрослый человек, а такими глупостями занимаешься, - швырнув порванный на рукаве пиджак обратно, Тор сложил руки на груди и надулся.
– Я просто хотел, чтобы ты быстрее освободился, - Локи прикусил губу и быстрым движением вернул сползшие очки обратно на переносицу. – Я скучал.
– Невозможно на тебя злиться… - Тор вновь повернулся к Лафейсону. – Вот как ты это делаешь?! Локи-Локи-Локи… Знаешь, у ребят время экзаменов, так что я прикрыл тренировки на месяц. Нужно кое-что починить, да и не мешало бы построить еще парочку объектов, но теперь я буду
– Ты даже не представляешь, как я рад это слышать, - от растекающегося внутри теплого чувства Локи с силой сжал руль. – К тому же, это мой ресторан, могу и прогулять.
– А еще ты хотел уехать.
– Я помню, - на пару секунд на лице Лафейсона появилась грусть, но она так же резко испарилась, как и пришла. – И после мой сюрприз для тебя.
– Я даже ума не приложу, что это может быть такое.
– Тебе обязательно понравится, - на горизонте показался небольшой дом с красой крышей и темно-серыми кирпичными стенами. – Наконец, дома. Такое чувство, что сегодняшний день был нескончаемым.
– Тебе нужно куда-нибудь завтра? – прощупал почву Тор.
– Нет. Они могут справиться и без меня. Если ты, конечно, о работе.
– А послезавтра?
– Я тебя понял, - от причудливой манеры Тора сыпать вопросам, Локи всегда умилялся. – Скажу, что у меня дела и оставлю Остин присмотреть за кухней.
– Не боишься, что твои дети устроят пожар?
– усмехнулся Одинсон.
– Я боюсь, что у моего главного ребенка разовьется синдром отсутствия внимания, и это возымеет куда более плачевные последствия, нежели чем разборки со страховой.
– Кто из нас еще ребенок? – Тор вновь скрестил руки на груди. – А помнишь у тебя чуть ли припадок не случился, когда к нам во двор пришел лось? Ты не спал двое суток, и мне пришлось отвезти тебя в городской хостел, чтобы ты пришел в себя и нормально уснул!
– Он огромный, Тор! – Локи даже отпустил руль и показал насколько огромным было животное. – Гигантская, рогатая корова! Я чуть ли дух не спустил, когда его увидел! Ты сам подумай: ночь, темно, что-то странное творится на улице, ты, как обычно, спишь без задних ног и храпишь…
– Я не храплю!
– Храпишь-храпишь! А я спускаюсь вниз, приоткрываю занавеску, а там… Оно. Стоит, сволочь, жует что-то и на меня пырится! Жуть!
– О, я помню как ты орал, - не выдержал Тор и заржал во весь голос. – Я сам испугался, когда услышал. Это же просто лось. Лось на улице! Что он тебе бы сделал-то?
– Не знаю, Тор! – с силой ударив по тормозам так, чтобы Одинсон чуть не встретился лбом с приборной панелью, Локи вытащил ключи из замка зажигания и поставил автомобиль на ручник. – Но это был дикий ужас.
– Ох, Локи, не обижайся только, - не унимался Тор. – Видимо…
– Заткнись, - буркнул Локи, вышел из машины и с силой захлопнул дверь.
– Да погоди ты! – Одинсон кинулся следом за ним. – Я ж любя.
– Мне было страшно, Тор! – гнул свою линию Лафейсон. – А ты надо мной ржешь! Вот скажи, как?..
– Достал ты меня, - улыбнулся Одинсон и, развернув Локи к себе, заставил его замолчать, заткнув рот поцелуем. Немного посопротивлявшись, Лафейсон даже успел дать Тору подзатыльник, но вскоре Локи успокоился и размяк в сильных руках Одинсона. – Успокоился?
– Еще нет, - прошептал Локи и вновь притянул Тора к себе. Через некоторое время Одинсон почувствовал, как тонкие пальцы начали перебирать его волосы, а теплая ладонь скользнула под футболку.
– Давай не здесь, - выдохнул Одинсон.
– Чего это? – удивился Локи. – Значит, когда на улице пятнадцать градусов, дождь, гром и молния, так это пожалуйста, а сейчас когда тепло и сухо, значит, нет?
– Я…
– А я и не намекал, - отодвинув с дороги Тора, Локи гордо зашагал ко входу в дом. – Ты меня явно неправильно понял.
– Конечно, дорогой, это я во всем виноват, - вновь рассмеялся Одинсон и последовал за Локи.
Как только Тор ступил на первую ступеньку крыльца, то понял, насколько сильно он устал. Тренировки с детьми выматывали куда больше, к тому же подростки относились, как выражался Локи, к «стрельбе разноцветными шариками» намного серьезней. Они постоянно заваливали Тора вопросами, расспрашивали его о тактике, даже просили совета на счет того, какие упражнение делать, чтобы накачать ту или иную мышцу или просто «сделать вот это место красивым». Взрослые же наоборот: приезжали, говорили, что они сами все знают, а после уезжали с огромными синяками, больше походившими на гематомы. Следовательно, чувствуя отдачу, Тор практически за даром занимался с подростками, знал каждого по имени, чувствовал слабые и сильные стороны каждого, знал, где надо подтянуть, а где опасаться.
Локи же, в противовес Одинсону, нашел себе спокойное занятие по душе. С учетом того, что дом обошелся в копейки, Лафейсон быстро приметил себе неплохое место в городе и уже через несколько месяцев набрал штат сотрудников и открыл маленький, но очень приятный на вид ресторанчик. Да, с учетом небольшой численности людей в городе к Локи не нужно было записываться за месяц, но свободные места, особенно по вечерам, у него бывали редко. Ресторан был для Лафейсона вторым домом, а сотрудники второй семьей. При всей дружественной атмосфере бывали и скандалы, и ссоры, и крики об увольнении, но Локи всегда умел сглаживать острые углы, и все вставало на свои места. Да, он дорожил своими сотрудниками, так как выбирал их тщательно, долго и муторно, и терять кого-то, чтобы потом пустить чужака на свою кухню, Локи совершенно не желал.
– Знаешь, мы сегодня с ребятами смотрели сериал один, - Локи призадумался и положил очередной кусок шницеля в рот. – Интересный. Задумка вообще шикарная. Так вот там один из главных героев отличный психолог и вдобавок к этому маньяк, а к другому главному герою постоянно приходит олень…
– Ну, к тебе же лось приходил, и ничего.
– В следующий раз в еду слабительного подсыплю! Обещаю!
– Любишь ты такие темы за столом, - пробурчал с набитым ртом Тор. – И?
– Так вот… Главный герой. Он убивал людей, а потом использовал их мясо в еду, - взгляд Лафейсона стал еще более рассеянным.