Сильнее времени
Шрифт:
От неожиданности Аня насупилась. Кому приспичило прийти в антикварную лавку вместо нарезки салата оливье? Встала из-за конторки и выглянула в зал. На пороге топтался субтильного вида молодой человек, нерешительно переминаясь с ноги на ногу.
– Здравствуйте! – Поприветствовала Аня. – Рады вас видеть. Что-то конкретное интересует?
Молодой человек наконец разглядел Аню и облегченно выдохнул.
– Меня? Нет, мне посылку передать. Срочная доставка на ваш магазин.
Аня с удивлением подошла к парню. Тот довольно резво скинул с плеч торбу, похожую на сумку почтальона, и принялся доставать из нее посылку. Посылкой оказался картонный конверт, на котором был написан адрес лавки Михельсона. Из недр
Сначала Аня хотела отложить конверт, чтобы сам Михельсон открыл его, но любопытство победило. Аня пошарила на конторке, нашла нож для бумаги и осторожно вскрыла упаковку. Отправителя на конверте не значилось. Это было странным, но, наверняка, хозяин-то знает, у кого какие именно экземпляры он покупал.
Аня открыла конверт и достала из него сложенную газету. Интересно, что за номер? Наверное, довольно редкий, подумала она. Другие Яков Семенович не покупает. Аня с интересом рассматривала выпуск петербургской газеты, удивляясь отличной сохранности номера. В глаза бросилась дата – 3 января 1913 года. Почти 110 лет. Надо же, через три дня у газеты юбилей, улыбнулась про себя. Стало страшно интересно, что же там происходило сейчас? Тоска сковала ее душу, напоминание о том, что совсем недавно она и сама могла купить свежий номер газеты и прочитать новости, огорчили и ввели в состояние дикой ностальгии. А потом она увидела заметку прямо на титульном листе, прямо посередине разворота. Там, где всегда помещались самые важные новости. Аня бегло пробежалась по тексту и замерла. То, что она прочитала в заметке оглушило ее, шокировало. Не может быть! Этого просто не могло, не должно было случиться!
Глава 31. "Щедрый" день
Санктъ-Петербургъ, Россійская Имперія, 1912г. отъ Р.Х.
Переход в прошлое стал последним для часов. Когда утром 31 декабря Андрей приехал к верфям, он точно не знал, сможет ли вернуться. После вчерашнего перемещения стекло выпало, а стрелки изогнулись. Но часы всё ещё шли, отмеряя время. И Цыган решил рискнуть. Он вспомнил, как брегет впервые попал к нему в руки. Тогда, семь лет назад, он случайно выяснил, что Алексей Терепов знает о путешествиях во времени своего брата Порфирия. Но Цыган точно был уверен, концертмейстер своего перстня никому не давал, а берeг его словно зеницу ока.
Алексея Георгиевича Андрей встречал в Петербурге, когда следил за Порфирием. И решил выяснить, каким образом путешествует во времени старший из братьев Тереповых? Каково же было его изумление, когда он понял, что переходы осуществляются с помощью часов. Выкрасть их не составило большого труда. За все эти годы Андрей понял, что часам вовсе не нужно полнолуние, а переместить на 110 лет назад или вперёд они могу в любой день и в любом месте. Это открытие, а также обладание украденным брегетом значительно облегчило ему жизнь, давая возможность в любой момент наведаться на ту или эту сторону и понять, как живёт объект его охоты. Цыган готовил себе плацдарм, создавал условия, обживался квартирами. Все ж не только перстень с рубином был его целью. Испортить жизнь Порфирию, а потом и его племяннице, заставлять их скрываться, срываясь с насиженного места - в этом тоже он находил свою идею-фикс.
А после уже появился Плут, которого удалось завербовать и создать видимость работы ячейки. Гораздо позже, когда об их ячейке стало известно полиции, Цыган практически сам вышел на Гнездилова, став его информатором. Зачем? Для чего это нужно было ему? Он и сам не
Размышляя об этом, Андрей добрался до укромного места на верфях. На нём болталось все то же пальто приказчика и сапоги с широким голенищем, в которые были заправлены штаны.
Андрей достал брегет из кармана и, особенно ни на что не надеясь, сконцентрировался и провернул колёсико. В воздухе запахло горечью, вокруг Андрея вдруг заметались короткие электрические разряды. Пространство в буквальном смысле со скрипом раскрывало портал, испытывая дикое сопротивление. Подкосились ноги, ослабли руки. Андрей даже испугался, что выронит сейчас брегет, но сжать его покрепче не смог, не хватало сил. Часы заскрипели, стрелки провернулись и отвалились. Андрей на мгновение потерял сознание, а когда пришёл в себя, обнаружил на каменном полу, на котором лежал, сухую солому - признак того, что он смог пройти, протиснуться в портал, смог вернуться в прошлое. Отныне дорога в будущее была ему закрыта. Но это только пока, пообещал он сам себе, пока заветное кольцо в руках племянницы. Уж он-то постарается его вернуть!
Выбравшись с верфей, Андрей решил идти к знакомой, так плохо ему было. Не думал он, что переход может так отразиться на состоянии организма.
Уже шагая по улице в сторону центра, он вдруг понял, что всё ещё держит в сжатой ладони часы на цепочке. Раскрыл дрожащую руку и убедился, что часам пришёл конец - стрелок не было, стекло разбилось, а циферблат помят - того и гляди, развалится брегет прямо в руках. Выбросив сломанную вещицу в урну, он, пошатываясь, побрёл к квартире Софочки, той самой дамы, у которой сейчас хранился его саквояж с материалами.
Цыган очень надеялся у неё отлежаться, так плохо он себя чувствовал. Но этим планам не суждено было сбыться. Дворник в доме, в котором квартировалась Софа, знал Цыгана в лицо и не пустил его, жестом велев ждать. Андрей разозлился: с каких это пор дворники решают, кто приходит к квартирантам?
Дворник шепнул что-то на ухо пробегающему мальчишке и тот шмыгнул в парадное. Через десять минут у входа в дом стояла наспех одетая женщина с саквояжем в руках.
– Пойдём, Андрюша, - опасливо озираясь по сторонам, прошептала она торопливо.
Они пошли вдоль по улице. Улучив момент, Софа передала Андрею чемоданчик с таким видом, словно никогда его в руках не держала.
– Мне отлежаться надобно.
– Начал было Цыган.
– В тюрьме отлежишься, дорогой.
– Зашипела дамочка.
– Скажи спасибо, что барахлишко твоё сберегла. Облава у меня была, Андрейко, да всё по твою душу. Успела твой саквояж спрятать. Это хорошо, что жандармы не рискнули заглянуть к моей нафталиновой старухе-соседке. – Усмехнулась Софа.
– Подозреваю, у тебя там такие вещи, за которые каторга грозит. Так вот, забирай свое добро и ко мне покамест не суйся. Загребут обоих, я молчать не буду.
Дама обворожительно улыбнулась, и Андрей понял: их дороги отныне расходятся. Теперь полицейским известна и квартирка Софы.
– Да, сказать забыла.
– Вдруг добавила женщина со скучающим видом, так, что ежели не слышать разговора, никогда нельзя было догадаться, о чем он был.
– Дружка твоего повязали вчера на Николаевском. Весь город гудел, столько легавых на вокзале было.
– Понял, - сказал Цыган и настороженно повел головой.
– Где держат его, не ведомо?
– Люди сказывали, в Петропавловской, как политического.