Успокой моё сердце
Шрифт:
Знакомые двери с иероглифами гостеприимно раскрыты. По их зеленой поверхности гуляют солнечные блики из большого окна на северной стене.
Женщина с белокурыми волосами, собранными в пучок на затылке, стоит возле огромного деревянного стола, окруженная десятком картонных коробок и упаковочной бумагой, заслоняя большую их часть. Рядом, на полированной поверхности, выстроились цветные кружки. Среди них не сложно угадать самую большую, ярко-оранжевую, с выведенной большими желтыми буквами надписью «Darling». Догадка
Тихонько скрипнувший пол, на который я ступаю, привлекает её внимание, отрывая от сбора вещей. Поворачиваясь ко мне, держа в руках небольшое фарфоровое блюдечко, домоправительница выглядит удивленной.
С опозданием замечаю, что её одежда вместо светлых брюк и блузок сменилась на прежний фиолетовый брючный костюм. И даже балетки-тапочки на ногах – те же.
– Изабелла?
– Здравствуйте, - поспешно киваю, отрываясь от дверного косяка, - простите за беспокойство, Марлена, я…
– Какое беспокойство? – к моему совершенному изумлению она добродушно улыбается, опуская блюдце обратно на стол, - проходите, я очень рада.
Рада?..
Нерешительно переступаю порог, направляясь к женщине. Я ожидала от неё чего угодно, но только не такого теплого приема. Я – желанная гостья? После всего, что произошло? После того, как не оправдала возложенные на себя надежды?
Синие глаза, до краев наполненный теплотой и дружелюбием, подтверждают положительный ответ.
Да, все так и есть, каким бы невозможным подобное не казалось
– Садитесь, - домоправительница, наскоро скинув на пол пустую коробку, выдвигает для меня стул.
– Спасибо.
– Спасибо вам, Белла, - произносит Марлена, присаживаясь рядом и серьезно глядя на меня. Это вовсе не шутка.
– За что? – надеюсь, то, что мое удивление неподдельно, она понимает. Такое в принципе нельзя изобразить.
– Вы знаете, - женщина негромко усмехается, поправляя оберточную бумагу на одной из чашек.
– Но ведь ваша дочь… - прикусываю губу, не решаясь произнести страшное слово, просящееся на волю.
– Да, - она кивает и тонкие красноватые губы вздрагивают. Кожа слегка бледнеет: - Я помню.
– Марлена, извините…
– Белла, я понимаю, что мистера Каллена нелегко отговорить, - домоправительница выдавливает улыбку, качнув головой, - наверное, это правильно - виновные должны получать свое наказание. Это справедливо.
Справедливо?! Она же рыдала и молила меня спасти Марту!.. Я бы тоже рыдала и молила за Джерри кого угодно… а теперь: справедливо? Правильно?!
Сегодня день открытий. И все они кажутся невероятно подозрительными.
– То есть вы… - мнусь две секунды, теребя краешек своей блузки – не обижайтесь на меня?
Даже звучит сказочно. А как же игнорирование и намеренное избегание даже случайных встреч?
– Ну что вы! – Марлена всплескивает руками, искренне посмеиваясь, -
Молча наблюдаю за ней, пытаясь понять, правда ли все, что произносит эта женщина. Та самая безутешная мать, которую я помню вдребезги разбитой оглашением приговора дочери, полна странного оптимизма. Может быть это – помешательство? Потому Эдвард и позволил своему самому доверенному человеку покинуть дом? Дабы не подвергать лишней опасности Джерома?
– Мне сказали, вы уезжаете?
– Да, можно и так это назвать.
Она глубоко вздыхает, жмурясь от солнца. Морщинки у глаз и рта как никогда четко прорезаются. Они почти такие же глубокие, как у Эдварда.
– И, если не секрет?..
– В Италию, - не давая мне закончить, дает ответ домоправительница, - я родом из Италии, Белла. Вы ведь тоже?
– Нет, - качаю головой, с трудом заставляя губы изогнуть в подобие того выражения, что застыло на лице Марлены, - я просто знаю итальянский. La voglio la buona fortuna, Marlene (желаю вам удачи).
– Grazie, Isabelle, – она улыбается шире, почти смеется.
Воцаряющаяся в комнате пауза давит не хуже самого низкого потолка, пригибает к земле. Чувствую, пора возвращаться. Джерри ждет, да и Эдвард, наверное, тоже.
– До свидания, Марлена, - робко улыбаюсь, заглядывая в глаза женщины, - мне очень жаль, что все так получилось. И я очень благодарна вам за все, что вы для нас сделали.
Искорки, появляющиеся в её взгляде, вдохновляют.
– До встречи, моя милая, - теплые нотки расплываются в голосе домоправительницы. Делают его мягким и нежным, как когда-то мамин. Немного успокаивают.
Глубоко вздохнув, поворачиваюсь к дверям, намереваясь подняться обратно в детскую, как меня останавливают. Женщина окликает, не давая ступить и шагу.
– Изабелла, - когда оборачиваюсь, начинает она, каким-то невероятным магическим образом выудив из ниоткуда стопку одежды, - я постирала ваши вещи, которые не вместились в прошлый раз. Лучше заберите их сейчас, чтобы не потерялись.
– К-конечно, - с заминкой бормочу, забирая аккуратно сложенную одежду, - большое спасибо.
– Пожалуйста. Положите на третью полку, я взяла их оттуда.
На третью полку?..
– Конечно, - снова повторяю, уже быстрее поворачиваясь к лестнице. По непонятным причинам из столовой тянет поскорее удалиться. Миролюбие Марлены немного настораживает…
В этот раз я успеваю до того, как домоправительница вспомнит ещё о чем-либо. Преодолеваю ступени лестницы и коридор, с трудом вынуждая себя повернуть к собственной спальне. Вернуться к Калленам и ощутить себя в безопасности, выкинуть из головы непонятное поведение Марлены – единственное желание. Не могу понять, что со мной происходит.