В чужой голове
Шрифт:
Осталось заткнуть его брата, хотя это можно поручить Мишке. Пусть держит этого моралофага в узде.
Голова постоянно ноет. Почему так тяжело найти литературу по экстрасенсорике в России? Всякой чуши про зарядку воды и магию полно, но полезных книг нет.
Надо проверить Игоря: может, ему что-то говорили в Департаменте.
Жаль, что по близости нет вузов: дети абсолютно не представляют, что делать с собой после выпуска. Можно попытаться договориться о знакомствах с профессиями, но как бы эту идею протащить?
Вобла
Даже чай здесь отвратительный и ручки постоянно пропадают. Кому вообще надо воровать ручки? Видимо, это проблема всех новых муравейников.
Зато никто не будет мешаться под ногами.
***
В кабинете старика наконец-то тишина. Мужчина предложил мне сесть на стул напротив, поправил очки, переложил какие-то листы из правой стопки в левую, поднял голову. Повторил предложение.
Одергиваю рукав рубашки, изображая волнение, улыбаюсь и сажусь.
– Павел Викторович, я хотел бы поговорить с вами про ваши инициативы, – киваю и кладу руки на колени ладонями вниз. – Алевтина Сергеевна обеспокоена тем, что вы решили самовольно забрать детей с урока и увести их ... куда, кстати?
– В технический университет на день открытых дверей.
– Да, итак, Алевтина Сергеевна обеспокоена вашим поведением.
– Прошу прощения, но я не совсем понимаю, что сделал не так: это посещение проводилось в рамках внеклассного мероприятия с детьми, находящимися под моим руководством. Посещение было согласовано с университетом и родителями ребят...
– Но вы не поставили в известность руководство школы.
– А должен был?
– Разумеется. Павел Викторович, вы же пошли с нашими учениками на мероприятие! А если бы что-то случилось?
Солнце слепит глаза и я закрываюсь рукой, от его лучей. Подхожу ближе к столу мужчины, пытаюсь взять лист со стола, но рука проходит сквозь него. Справа в углу написано "Директору СОШ №312..." Вглядываюсь в лица мужчин внимательнее. Они не двигаются. Тот, что моложе, поворачивает голову в мою сторону и растягивает губы в улыбке. Его рот наполнен острыми зубами. Его глаза пусты. Они поглощают солнечные лучи. Я кричу.
***
Что-то неприятно жужжало надо мной и справа. Я поморщился и открыл глаза. Противный белый свет заставил зажмуриться и застонать от боли. Поднял правую руку и надавил на сомкнутые веки.
Поднял руку. Распахнул глаза и осознал, что могу видеть и слышать. И двигать рукой. Поднял левую руку, согнул ее в локте. Сгиб локтя болел. Медленно приподнялся и сел, опершись на изголовье кровати.
На левой руке были следы от уколов и синяки. голова немного болела. Провел правой рукой по шее. Она была перевязана чем-то. Бинты? Больница?
Справа была маленькая тумбочка, на которой стояла бутылка без этикетки и картонный стакан.
Все казалось каки-то странным, нереальным. Надавил на сгиб левого локтя. Боль приятно растеклась по руке. Улыбнулся и почувствовал, как напрягаются мышцы лица.
В комнате было только жужжание ламп. Откинул простынь и свесил ноги с кровати. Аккуратно встал. Комната дрогнула перед глазами. Пол был холодным. Я не сплю.
Через минуту медленно пошел к двери. Шагать было странно тяжело, словно я давно не ходил. Дверная ручка была тугой – с трудом получилось надавить на нее, пришлось всем телом налечь на дверь, чтобы открыть.
Я действительно был в больнице: мимо ходили женщины в халатах или в форме, люди в халатах или пижамах.
– Саша? – справа сидел Олег. Он странно смотрел на меня и сминал в руках плотный бумажный пакет. – Тебе уже можно вставать?
– Не знаю, но раз стою, значит можно. Что ты здесь делаешь?
– Я ... ты что-нибудь помнишь? – мужчина в костюме раскрывает зубы в улыбке, протягивает руку. Вокруг темнота.
– Нет. – спасительная тишина давит на уши и связывает. – Ничего.
Глава 24
Олег вернул меня в палату и заставил лечь. Мужчина выглядел виноватым и словно испуганным. Он вызвал медсестру и сел на табуретку у койки.
– Что со мной случилось? – я не мог понять, почему Олег так смотрит, как оказался здесь, почему меня отпустили. Пальцы слегка дрожали.
– ... нашла тебя на скамье у твоего подъезда и, когда не смогла добудиться, вызвала полицию и скорую.
– Кто нашел?
– Соседка твоя снизу. Которая постоянно там сидит, – Олег начал говорить медленнее. – Ты еще говорил, что она следит за тобой...Как же...А! Валентина Антоновна. В общем, она возвращалась домой и увидела тебя, забеспокоилась, потому что ты "хороший мальчик, вежливый", – Олег усмехнулся, – и вызвала полицию со скорой.
– Сколько я здесь?
– Часов восемь.
Медсестра вошла, поругала за то, что поднялся без ее ведома, померила давление, температуру и велела лежать и не вставать без необходимости. Она не знала ни что со мной, ни как я оказался здесь, но считала, что мой "папик" оплатил эту палату. Интересно. Олегу велела следить за мной и посоветовала сопровождать даже в туалет. Когда женщина ушла, он продолжил.
– Мне позвонили днем как твоему контактному лицу.
– Сколько меня не было?
– Ты о чем? Мы вчера разошлись, а сегодня ты загремел сюда...Точно не помнишь, что с тобой случилось? – Олег говорил обеспокоенно. Я не мог определить, врал он или нет. Пальцы задрожали, смял простынь в руках, чтобы скрыть дрожь.