Ветра Пустоши. Книга 2. Новые враги
Шрифт:
– Ну, я так и думал.
Вздохнул Ящер.
– Ладно, Лекс давай ищи то, за чем пришли.
Обратился он к парню.
– Ты глаз с трактирщика не спускай, а ты за вторым этажом следи.
Расставил он воинов. Вожатый постоял немного, на месте помялся, к полкам пошел, рыться на них начал старые довоенные бумаги перебирая. Ящер тоже лениво по залу прохаживался, на полки иногда поглядывал, да на трактирщика косился. Наконец до него донеслось от одной из полок.
– Кажись, нашел, так мне еще вот это нужно, ага и линейка. Карандаш еще нужен.
Обратился он к Ящеру.
– У меня нет. У тебя есть?
Спросил он трактирщика. Тот кивнул,
– Вот здесь она.
Ящер к столу подошел, над ним склонился, на карту смотрит – линии какие-то плавные изгибаются, между ними цвета разные: зеленые, коричневые, номера, цифры, слова какие-то. Ничего не понять. Точка, которую вожатый поставил, на огромной серой фигуре стоит, фигуру эту другие образуют, в основном черные прямоугольники.
– Что это?
– Город большой старый, довоенный, он в этом месте раньше был. –Лекс карандашом его профиль обвел. – Он все еще там-же и находиться, только под песками Пустоши.
– А ты знаешь, как его отыскать?
– Да, я это место знаю.
– Хорошо, тогда нам, пожалуй, пора.
Ящер кивнул. Лекс замялся.
– Погоди, еще одно дело, я сейчас.
Ящер не успел ему даже ничего ответить. От карты, лежащей на столе, только глаза поднял, а вожатый уже наверх, на второй этаж по лестнице бежит. Трактирщик стоит угрюмый, молча наблюдает за происходящим. Через несколько минут вожатый спустился обратно, лицо растерянное. Глазами трактирщика отыскал, к нему подошел.
– Где она?
Тот плечами пожал.
– Ушла.
– Куда ушла?
– Почем я знаю.
– Ты врешь, ты все врешь! Ее вещи в комнате на месте. Где она, что ты с ней сделал?
Трактирщик молчит, лицо от вожатого отвернул. Тот явно из себя вышел, истерика у него. Наотмашь трактирщика кулаком по лицу ударил, у того только голова в сторону дернулась, назад вернулась.
– Где она? Говори!
Вожатый орет. Трактирщик всем корпусом к нему развернулся, из рассеченной губы кровь струйкой алой вниз стекает. Сзади металлический щелчок – пистолет в руках Ящера.
– Не глупи дядя, дырку в башке мигом проделаю.
Трактирщик замер, взглядом холодным на вожатого смотрит.
– Ящер, ее нет в комнате! Вещи ее там, а ее нет, давно уже нет. Там пыль везде на комодах и на стульях.
– Эй, трактирщик, ко мне медленно повернулся.
Холодно скомандовал Ящер. Сан сен Гор подчинился. Пистолет ему в лоб смотрит.
– Где она? Со мной лучше не играй, я шуток не понимаю, лучше правду говори.
– А мне нечего тебе сказать, я правду сказал – она ушла, уже больше недели назад. Когда про детей своих узнала, что выкупить их не получиться, плакала несколько дней подряд, а потом просто ушла. Мы в комнату поднялись, а ее нет.
Ящер задумался на минуту.
– Вы двое обыскать весь трактир, везде смотрите внимательно.
Отдал он команду воинам, сам продолжая трактирщика на прицеле держать. Прошло довольно много времени, прежде чем воины вернулись. С ними была только молодая девушка, Ящер ее уже видел здесь раньше – она, как и Виолетта с клиентами работала. Ящер ее опросил. Та полностью подтвердила слова трактирщика – Виолетта
– Я знаю, что ты причастен к похищению Заиры. Ты силен и хитер, выдержки тебе тоже не занимать. Знаю, что ты покрываешь своих вышибал, знаю, что ты мне никого не выдашь, даже если пытать буду. Ведь не выдашь же?
– Не понимаю, о чем ты говоришь.
Спокойно и даже отрешенно ответил Сан сен Гор, как будто Ящер спрашивал его о том, когда ждать прихода следующей Солнечной Бури.
– Тогда я тебе сейчас более подробно объясню. Ведите обоих в подвал.
Последняя фраза предназначалась уже воинам. Те, под дулами автоматов, повели девушку и трактирщика по ступеням вниз. Оба не сопротивлялись, только девушка испуганно озиралась назад на конвоиров. Ящер и Лекс замыкали процессию, вожатый шел в свои мысли погруженный, растерянность на лице. В подвал спустились, девушку и трактирщика у стены поставили, на прицеле держат.
– Вы хоть понимаете, что это произвол, вас за это под трибунал отдадут.
Трактирщик спокойно воинам сказал.
– Не отдадут, да и не узнает никто. Здесь только мы. – Ответил за них Ящер. – Ты мне скажи лучше, на что ты позарился? Почему им помогал, зачем врага, смерть принесшего в город, покрываешь?
До девушки уже постепенно начинало доходить, что происходит и, что может дальше произойти. Ее глаза наполнялись диким, неподдельным ужасом и животным страхом. Сан сен Гор по-прежнему стоял спокойный и невозмутимый, как будто у себя за стойкой, разливая Ящеру и вожатому заказанные напитки.
– Как знать кто кому враг, а кто кому друг и брат.
Неопределенно ответил трактирщик. Ящер вытянул вперед руку с пистолетом, дуло смотрело прямо в лоб трактирщику. Девушка поднесла руки ко рту, из глаз потекли слезы.
– Что ты сейчас чувствуешь, трактирщик?
– Облегчение – я скоро снова их увижу, снова буду с ними вместе.
– С кем, с твоими друзьями и братьями?
Тот головой отрицательно покачал.
– С женой и сыном.
– Тогда привет передавай.
Раздался резкий хлопок, многократно отразившийся от стен тесного подвала, больно ударивший по ушам. Пистолет в руке Ящера выплюнул маленький огонек, на лбу трактирщика образовалась темная точка, голова резко запрокинулась назад, тело последовало за ней. Сан сен Гор завалился на спину, и больше не двигался. Хлопок выстрела вывел Лекса из прострации, в которой он пребывал последние несколько минут, голова очистилась от мыслей, реальность резко обрушилась сверху – он только что застрелил безоружного человека – я снова стал молчаливым соучастником убийства! Ударная волна от выстрела, отразившись от стен, слегка контузила вожатого, голова стала ватной, адреналин выплеснулся в кровь, легкое возбуждение не позволяло мыслить трезво, в сознание ворвался дикий вопль девушки, который быстро оборвал второй выстрел. Снова пришла вторая ударная волна, самого выстрела Лекс уже почти не слышал, он уже опять почти не понимал, где реальность, а где фантазия его мозга. Он видел, как ноги девушки подкашиваются, как она падает, заваливается набок, ее глаза широко открыты, в них застыл ужас. У нее во лбу тоже черная дыра, из которой стекает тонкая темная струйка.