Зимопись. Книга 1. Как я был девочкой
Шрифт:
Не знаю, чего я ожидал, но не того, что увидел. Под плащом оказалась тонко вязаная стальная кольчуга, блеснувшая на солнце. В бронзовом-то веке. А видимый кусочек меча очень уж напомнил самурайскую катану. Вообще ни в какие ворота.
— Кто это? — обалдело глядел я вслед уходившей монашке, быстро запахивавшей накидку.
Тома не преминула тихонько укусить, чтоб не слышала Зарина:
— Шалун. Забудь. Послушниц сестыря мирские соблазны не волнуют. Им почти все запрещено, включая брак и детей.
Ничего себе послушница. Скорее истинный, а не дутый, типа нас, ангел, явившийся пещерным людям.
— У нее железная кольчуга! — упоенно сообщил я не понимавшим моего ступора девушкам.
— А у меня сестра ангел, — ехидно отбрила Тома. — И что?
— Представь, что при раскопках Трои археологи нашли винчестер от компьютера.
— Что такого? Подбросить можно все, что угодно.
— Эту послушницу тоже подбросили?
Зарина, внимательно вслушивавшаяся в разговор, сочла нужным вмешаться:
— Васса не просто послушница, а первачка, эс-пэ-че.
— Чего?! — У нас с Томой брови одновременно взлетели на лоб.
СПЧ для меня — совет по правам человека. По защите прав человека от общества. То есть прав преступника, если зрить в корень. Ведь кто из нас без греха? Потому обидно, что до сих пор не организовали совет по защите общества от человека. Когда-нибудь организую. Мало не покажется. «Ибо преступивший закон сознательно поставил себя вне общества — общество обязано ответить тем же». Теперь есть с кого брать пример.
— Сестра первого чина, — объяснила Зарина. — Командир четырех пятерок. Почти сестрисса.
От оседлываемых лошадей нас окликнула Варфоломея:
— Девочки! Пора. Собирайтесь и прощайтесь.
Собираться? Голому собраться, только подпоясаться. Праща на ноге, маленький нож за поясом, большой в ножнах на поясе. Все личные вещи на месте. Всегда готов.
Дарья с Варфоломеей обсуждали выкуп за коней, доспехи и оружие. Все, чем ангелов здесь снабдили, было казенным, принадлежало школе, а та в свою очередь, крепости. После удочерения со стороны Варфоломеи требовалась некая компенсация. Вопрос быстро утрясли, наша названная мама обязалась прислать необходимое позже.
Тома прощалась с Варварой. Успела подружиться. Потом мы все попрощались с ученицами и папринцием с Дарьей, на проводах вставших рядышком. Дядя Люсик взглядом дал понять, что сделает все от него зависящее, чтобы наша расползшаяся компания землян собралась вместе и улетела домой. Дарья неожиданно подмигнула, словно мы с ней заговорщики. Что бы это значило?
Перед выездом постояли минуту у накрытых тел. Из предыдущих разговоров я понял, что погибших девочек отдельным караваном доставят на кладбище и похоронят со всеми возможными почестями, соответствующими их последним геройским поступкам. Даже знать не хочу, как это происходит.
Райской музыкой прозвучал кашляющий скрежет деревянных створок — ворота за нами закрылись. Школа осталась в прошлом. Впереди — новая жизнь в новом мире. Даже сопутствующий дождик не смущал.
— К счастью! — сказала Зарина, поймав ладошкой капельку.
У нее горели глаза. Путешествие! Приключение! Уррра-а-а!
— На юго-запад домой или на северо-восток в крепость?
— На восток, через холмы Татианы, — ответила ей мама, чей конь четко вышагивал рядом. — Потом из крепости тем же путем домой.
— Чапа и Тома останутся там? — погас взор девочки.
— Как скажут. — Варфоломея правила конем сосредоточенно, одновременно разговаривая, зорко глядя по сторонам и думая о чем-то своем. — От нас не зависит.
Караван сильно растянулся, но в нем чувствовалась внутренняя логика. Каждый сектор просматривался, везде наготове был человек, отвечающий за безопасность. Мы могли расслабиться.
На развилке свернули к башне. Достигнув, запаслись продуктами на складах окружившего башню поселка и двинулись дальше.
— Принять в семью ангелов мне пришло в голову еще несколько лет назад, — услышал я тихие переговоры мамы с дочкой. — Недавно этой идеей заболела Милослава, тоже думавшая, как усилить наше положение. Я поддержала слежение за причалом. Конечно, сначала мы не знали, каковы будут ангелы, когда доложили об упавшем флаге. Оказались бы сильно в возрасте — я готова принять в сестры или матери. Думаю, царыня Порфирия, царство ей небесное, меня бы поняла.
— Бабушка всегда хотела, как лучше, — со вздохом признала Зарина.
— Вот и я хотела как лучше. Вышло — как соизволила Алла, да простит Она нас и примет. Теперь у остатков самой могущественной семьи запада, имевшей шансы на что-то большее, одна забота — выживание.
— Мы справимся, — уверила Зарина. — Нас снова много. Мы не исчезнем.
— Есть еще кое-что, о чем ты не знаешь. — Голос цариссы внезапно понизился до полушепота: — Милославы больше нет, и то, что мы с ней втайне создали…
Мой конь убыстрился. Прислушиваясь, я переусердствовал, теперь пришлось делать вид, что специально приблизился что-то спросить. И спросил.
— Часто появляются ангелы?
Варфоломея послала дочке жест «После поговорим» и задумалась.
— Вашего возраста давно не было. На моей памяти только взрослые.
— Что с ними стало?
— Отвели в крепость.
— А потом? — Наконец-то подошли к главному.
— Суп с котом.
— С кем?! — Я даже закашлялся от неожиданности.
— Поговорка такая. Кот, дед Пихто, свистящий рак — сказочные персонажи из эры ложных пророков.
Опа. Мы все-таки в будущем?!
Но это отсекает возможность вернуться в прошлое — в свое прошлое. Или нет? Или я опять неправильно понял, и все совсем не так?