Человек из чужого времени
Шрифт:
– В наше время это скорее недостаток, чем достоинство, – с сожалением заметила Лиза.
– А как ваши дела?
– Ну хоть здесь повезло. Кстати, это второе везенье за последний час. Мне сказали, что только здесь можно достать черную икру. В чем я лично сомневалась. И ведь достала же. А как обстояли дела с черной икрой в девятнадцатом веке?
– Были бы деньги, а продуктов у нас сколько угодно. А уж если заглянуть в Елисеевский, то там разве что птичьего молока не сыщешь.
– Ну хоть с птичьим молоком мы обскакали девятнадцатый век. Натурального шоколада не достать, зато птичье
– У вас что, денежное обращение отменено?
– Почему вы так решили?
– Вы все время употребляете глагол не финансового действия.
– Дефицитные вещи у нас достают, как фокусник зайца из шляпы. Но в итоге за них все равно платят. Правда, много дороже, чем они стоят на самом деле. Такова экономика текущего момента. Спекуляция, рыночная экономика, бизнес – синонимы.
– Это все одно и то же?
– Вы удивительно сообразительны, Михаил.
Она спокойно стояла у распахнутой дверцы и внимательно разглядывала молодого человека, словно никуда не спешила, словно изучала и проверяла своего нового, приятного и забавного знакомого.
Михаил стоял спокойно и с прежним восхищением смотрел Лизе в глаза. Неожиданно ему в голову пришла сумасшедшая идея. После некоторой паузы он все же решился ее озвучить.
– Лиза, можно вас попросить об одном маленьком одолжении?
– Попросите, – девушка еле заметно улыбнулась. – Вы это заслужили. Я ведь пошутила, тест сдан вами на «отлично».
– Дело в том, что, пока вы меня не прогнали, я бы хотел осуществить одну свою давнюю, можно сказать, потаенную мечту.
– Даже так? Вы меня интригуете. Интересно послушать.
– Это ужасно нескромно, но другого такого случая у меня, по всей видимости, уже никогда и не будет. Только вы мне можете в этом помочь.
– Не томите, Михаил, и не пугайте меня.
– Могу ли я… можно мне…
– Ну, давайте же!
– Я хочу попробовать чуть-чуть проехать на вашем автомобиле. Хотя бы один только метр.
– А как же вы поедете, если ни разу этого не делали?
– Вы мне объясните основное. Кое-что я уже запомнил. Я все пойму, я сообразительный.
– Да уж заметила. Встали посреди проспекта и соображали, жить или не жить. Ладно, у меня есть еще полчаса времени. Попытаюсь вкратце объяснить, что надо делать и чего делать нельзя. И перестаньте меня гипнотизировать.
– Да я это и не умею делать.
– Да? А я ощущаю обратное.
Михаил не понимал, что там было написано на его лице, но Лиза от души рассмеялась. Боже, как она была прекрасна.
Лиза села за руль и стала объяснять. После пяти минут краткой теории она вышла из машины, уступив место Михаилу. Девушка обошла автомобиль и села рядом с водителем.
Михаил мысленно повторил все то, что ему рассказала Лиза. Затем поставил ручку в нейтральное положение, повернул ключ, убрал ручной тормоз, выжал педаль сцепления, включил первую скорость и, плавно отпуская сцепление, начал давить на педаль газа. Машина легко тронулась с места и медленно покатила по площади перед гостиницей. Так же плавно он перешел на вторую скорость и поехал по кругу. Затем он последовательно включил третью и четвертую скорости.
– Отлично, Михаил!
Сделав один полный круг, он остановил машину и в полном восторге замер. Безграничное счастье было написано на лице человека, который сидел в современной машине в совершенно нелепой одежде. Все было как-то комично и неестественно. И тем не менее все было абсолютно достоверно. Он был в эйфории. Лиза молчала. Когда вновь испеченный водитель пришел в себя и повернул голову к инструктору, она сказала:
– Зачем вам надо было меня обманывать? На дурацкие шутки у меня нет времени, – Лиза испытующе посмотрела ему в глаза и вдруг сказала: – Послушайте, вы что, действительно это сделали первый раз в своей жизни?
Он робко кивнул головой.
Лиза продолжала пристально смотреть ему в глаза, и вдруг взгляд ее стал спокойным, добрым и чуточку нежным. Вероятно, глядя на его ненормальное счастье, она сумела заглянуть во что-то свое потаенное, найти там ответ на какой-то вопрос и принять решение.
– Что ж, Михаил, кажется, вы меня убедили. Теперь я верю, что вы действительно из девятнадцатого века. С таким счастьем на лице в нашем веке уже никого не отыскать. А теперь поменяемся местами, и я вас немного покатаю по городу. Я уже опаздываю. Нам надо поторопиться. А впрочем, может быть, вы просто валяете дурака и у вас такая манера знакомиться, но, сказать по правде, вы мне симпатичны, Михаил Иванович Петров! Поехали.
Она лихо тронулась с места и прямо перед носом огромного автомобиля выскочила на дорогу. Грузовик вильнул в сторону и перекрыл путь серой «девятке». Скрежет тормозов и крепкие словечки водителей остановившихся машин, были явно адресованы не друг другу.
Они проехали Гавань и повернули на Большой проспект. У Горного института машина выехала на набережную Невы. Только здесь Михаил узнал родной Питер. По дороге Лиза задавала простые вопросы о том, где он родился, учился, жил, чем занимался. Михаил рассказал, что родился в Питере, учился в университете на юридическом факультете, жил на набережной реки Мойки, в доме номер 47.
– Значит, вы профессиональный юрист, а не просто министерский чиновник. Это круто. Сегодня юристы очень востребованы и преуспевают.
– В прошлом году я стажировался во Франции. За два месяца мне удалось достаточно хорошо освоить всю французскую законодательную систему. Если мне дать юридическую литературу и правовые акты современной России, я думаю, что и на их изучение мне понадобится не больше времени.
– Вряд ли вам это удастся сделать так быстро. Сегодня в России действуют две системы законодательства: старая – советская и новая – основы законодательства. Новые законы еще только разрабатываются. Сплошная путаница.
– А мы, между прочим, с 1857 по 1876 год жили по своду законов, который ни разу не менялся, и только за последние пятнадцать лет произошли некоторые его корректировки, не изменившие по сути действовавшей законодательной системы и правовых отношений в целом. Если вы знаете, свод законов состоит из пятнадцати томов, а отдельные тома выпущены в нескольких частях. Это целые стеллажи толстенных книг. Я уже говорил, что занимаюсь морским правом. Свод морских постановлений от 1886 года состоит из восемнадцати книг.