Игры престолов. Хроники Империи
Шрифт:
До тех пор, пока вот так – молча – спал в своём хрустальном гробу в ожидании поцелуя.
Улыбнувшись своим мыслям, Инженер перевёл взгляд на беспокойно ворочающегося во втором саркофаге медиума. Александр Аракс будто искал удобное для себя положение – он ёрзал и вздыхал, отчаявшись улечься так, чтобы в тело не впивались технические выступы.
– Я не понимаю, как Тимо это терпит, – наконец, пожаловалось вместилище духа Айрона.
– В отличие от тебя, кровосос, отец все тяготы переносит молча. Ты знаешь, что означает это слово?
– Имею представление, – тут же отозвался Айрон, ядовито усмехнувшись. – Но я по-прежнему не понимаю, почему
Ванахи, стремительным шагом подошедший к саркофагу, угрожающе склонился над запнувшимся вампиром, злобно сощурившись. Эту способность он явно унаследовал от Тимо – смотреть на людей свысока.
– Будь добр – помолчи хотя бы минуту. Ты сбиваешь мне фокусировку.
– Не смеши меня, – фыркнул Айрон. – Ты просто тянешь время, ждёшь своего папочку, чтобы он завершил работу, верно? Так я и думал, на самом деле ты ничего...
Ванахи, скорбно вздохнув, сделал короткое движение, погрузив в сердце вампира широкий кинжал. Крупно вздрогнув, Владыка Эргона умер мгновенно, так и не успев подумать, что это – самая смешная и нелепая вторая смерть.
В комнате воцарилась благословенная тишина и, упиваясь ею, словно дорогим марочным вином, Инженер неспешно завершил все приготовления. Помедлил немного, сверяясь с наручным хронометром, и в нужное время откинул крышку второго саркофага. С точностью до секунды и полностью согласно разработанному плану спящий Айрон сделал свой первый самостоятельный вдох, распахивая изумрудные глаза.
– Ты убил меня, сволочь! – Давясь кашлем, просипел Принц Ночи.
– Неужели? – С вежливой издёвкой осведомился Ванахи, наклоняясь и выдёргивая кинжал из тела Александра Аракса. Придирчиво осмотрел странно светящееся лезвие – абсолютно сухое, без следов крови, перевёл любопытный взгляд на жалобно скривившегося медиума, неосознанно комкающего рубашку на груди, словно пытаясь отыскать несуществующую рану.
– Но как?.. – Только и смог выдохнуть Айрон. – Я думал, эта магия подвластна только Тимо и Фетту.
– Ну, вообще-то это пробник, – с изрядной долей удовлетворения сообщил Ванахи, продемонстрировав потрясенному вампиру кинжал. – Основной план предусматривал, что ритуал проведёт именно отец, но ты меня вынудил на крайние меры.
– Я?! Ах, ты!.. – Айрон возмущённо подпрыгнул, и неизвестно, чем бы закончилось противостояние Принца Ночи и Инженера, если бы не заскрипела под тяжёлыми шагами ветхая лестница и в комнату не вошёл Тимо. Одарив собравшихся лёгкой, безмятежной улыбкой, он сказал:
– Как вижу, артефакт сработал правильно.
– Великолепно! А что случилось бы со мной, если бы что-то пошло не так? – Сочась ядом, вопросил вампир.
– Полагаю, ты бы никогда не узнал об этом досадном промахе, – оскалился Император, затем, резко посерьёзнев, повернулся к Ванахи: – Сын, ты сделал всё, о чём я просил?
– Конечно, отец, – с похвальным смирением сказал тот, чуть заметно склонив голову. – Все стороны уведомлены о месте встречи и ни у кого не возникло возражений. Разве что... меня беспокоит Араши. Этот глупец...
– Оставь его. – Тимо сверкнул мрачным взглядом, пресекая возможные возражения. – Он выполнит свою часть договора с Матерью и доставит Аглор, включая флот сопровождения, туда, где мы будем их ждать.
– Хочу заметить, что ты несколько переоцениваешь свои силы. Стравить на одном поле битвы пять великих армий... это может быть весьма опасным.
Тимо только
– Хватит прохлаждаться, упырь! Нас ждёт ещё много дел.
– Ну, ты же знаешь, я не фанатик-трудоголик, поэтому предпочитаю все важные дела распределять во времени, так что смело могу сказать – все батальоны собраны, укомплектованы и ждут вызова.
– И никто не заподозрил неладное? – Удивлённо спросил Император и Айрон, едва не раздуваясь от гордости, браво доложил:
– Ты имеешь дело не с кем-нибудь, а с Владыкой Эргона. А я всегда держу своё слово.
– Что ж, тогда займёмся снятием проклятия и освобождением Суллы. – Тимо мечтательно улыбнулся, вызвав тем самым жаркую ревность сразу в двух сердцах и если Ванахи остался внешне меланхолично-спокойным, то Айрон, нахмурившись и недовольно поджав губы, коснулся протянутой ладони, чтобы спустя всего лишь удар сердца, оказаться на пороге роскошного особняка Главы Совета.
====== Глава 21. Пять армий. Часть 4 ======
Гюссхе проснулась от какого-то гнетущего, тревожного чувства, заставившего молодую женщину сонно поёжиться и оглянуться в поисках супруга. И вот тогда она обнаружила, что Араши нет рядом. Примятые подушки всё ещё хранили тепло его тела – уютное, домашнее, – и особенный запах, присущий только Великому Дракону – немного пряный аромат корицы и шафрана. Значит, решила Гюссхе, он отсутствует не так уж и долго.
Врачи утверждали, что в её положении необходим долгий и спокойный сон, но женщина не могла сомкнуть глаз. Тревога усилилась, она острыми иглами царапала сердце, вызывала холодок под лопаткой, и казалось, будто в тёмном углу комнаты притаилось нечто злобное, враждебное. Гюссхе встала, накинула на обнажённые плечи лёгкий халатик, подумав, что совсем скоро он перестанет сходиться на её талии, уже едва заметно округлившейся. Выйдя в коридор, она ощутила под босыми ногами тёплый и пушистый ворс ковра, и всё равно зябко передёрнула плечами. Сонное спокойствие дворца могло вселить уверенность в любого, кто не был знаком с закулисными интригами, многоуровневыми играми знати и хитроумным сплетением всевозможных ловушек.
Гюссхе пришлось научиться во всём разбираться – во многом ей помогли Араши и Хельга, искушённые в политических игрищах аристократии, но что до всего остального, тут уже ей представился случай проявить природную смекалку и хитрость. И, надо сказать, она не разочаровала своего Повелителя.
Из-под двери кабинета Араши пробивался золотистый свет и Гюссхе показалось, будто она слышит мужские голоса. Заинтересовавшись, женщина приблизилась к двери, бесшумно ступая по ковру. Удивительно, – подумалось ей, – кто бы посмел отнимать ночное время Хаффи беседой, да ещё и на языке хсауров? К сожалению, суть разговора ускользала от неё – Гюссхе плохо помнила этот сложный язык, являющийся родным для её мужа, лишь одно знала точно: собеседник Араши, обладающий красивым, чистым голосом, явно опасен. Гюссхе слышала еле уловимые нотки безумия в гладком потоке речи незнакомца, мельчайшие, будто микроскопические трещины в кажущемся монолитном стекле, они тревожили её душу, огненными искрами вспыхивая и тут же рассыпаясь быстро остывающими угольками, задавленные безжалостным контролем. Несмотря на кажущуюся молодость, голос таинственного собеседника звенел металлом, казалось, он привык отдавать приказы, но и Великий Дракон не казался слабее, отвечая в своей излюбленной манере – вежливо, почти доброжелательно, но не позволяя усомниться в своей властности.