Чтение онлайн

на главную

Жанры

Шрифт:

– Нет, стоп!
– возразил Чижов, видя, что Белокуров охотно бы согласился на такое разрешение конфликта.
– Ревякин, вот вам полтинник. Если выпадет орел, то я иду к березе первым.

– А если чиж?
– пошутил остряк Белокуров.

– Чиж он и есть орел, - сказал Тетерин.
– Бросай, отец-основатель!

Ревякин подбросил монету, поймал ее в кулак, развернул ладонь и при виде орла воскликнул:

– Чиж!

– Жалко, - сказал Белокуров.
– Лучше бы я первый.

– Не волнуйтесь, - похлопал Ревякин Василия Васильевича по плечу, - если он вас застрелит, я буду стреляться с ним за честь моей бывшей жены. Он отказался взять ее в жены, и я хочу отомстить. Идите спокойно.

Чижов вылез из машины и направился в сторону самим же им выбранной в качестве барьера березы. Он шел и считал шаги: один, два, три, четыре, пять, шесть… Кажется, с шести шагов Лермонтов стрелялся с Мартыновым?.. семь, восемь, девять… А снег-то все идет и идет… десять, одиннадцать… нет, не пенальти!.. двенадцать, тринадцать. Береза. Тринадцать шагов. Дурное число. Василий Васильевич развернулся и прислонился спиной к стволу березы. Цепочка шагов пролегла от него по снегу вверх по обочине дороги, к автомобилю Тетерина, из которого высовывалась безусая морда Белокурова.

– Огонь!
– крикнул ему Чижов и махнул рукой. Он чувствовал себя так, будто в него и впрямь будут по-настоящему стрелять. В окошке автомобиля появилось дуло пистолета. «Какой-то дурак сказал, а все вокруг заталдычили,

– подумал Чижов, - что история повторяется дважды: сначала как трагедия, а потом как фарс».

– Вот он сейчас кокнет меня, и будет вам фарс, - вслух вымолвил Василий Васильевич, не на шутку перепугавшись направленного на него пистолетного взгляда. Еще он успел подумать о том, что и пускай Белокуров убьет его, нажав на свой белый курок, пускай не будет фарса, а будет трагедия, как на Черной речке.

Грохнул выстрел, пуля шпокнулась в ствол березы высоко над головой Василия Васильевича - метрах в трех, должно быть. Все по-прежнему сохраняло статус фарса. Обманутый и неубитый историк Чижов оторвал спину от ствола березы и зашагал в сторону автомобиля, из которого в него только что стреляли. Белокуров уже вылезал.

– Погодите, - сказал ему Чижов.
Посчитайте шаги.

– Зачем это?
– удивился главный редактор «Бестии».

– Прошу вас.

– Ну хорошо. Один, два, три… - он пошел к березе, а Чижов сел на его место и взял у Тетерина пистолет.

– Это его или ваш?

– «Стечкин», именное оружие моего покойного отца, - ответил Тетерин.
– Калибр - девять миллиметров. Бьет без промаха.

– Сколько шагов?
– крикнул Чижов Белокурову, который уже стоял, прислонясь к березе спиной, высокий и солидный главный редактор известного газетного издания, в красивом плаще оливкового цвета.

– Тринадцать, черт возьми!
– крикнул он в ответ Чижову.

– И у меня тринадцать, - вздохнул Чижов.
– Шаги у нас одинаковые.

Он высунул руку из окна машины и внимательно прицелился сначала в живот, потом в голову Белокурова. Он хорошо видел бледное лицо своего некогда любимца, а теперь врага. Оно выражало тревогу. Неужели надобно убить этого человека?

– Полегче!
– сказал Ревякин.
– И впрямь застрелишь!

– Не убий, - добавил Тетерин.
– Да и вообще, пожалей его славного малыша.

– Ладно уж, - тяжело вздохнул Чижов, - фарс так фарс! Сим прощаю Белокурова, бестию!

Он резко подбросил руку и выстрелил вверх, прямо в небо. В следующий миг лицо Белокурова окрасилось красным, и главный редактор «Бестии» рухнул ничком в траву, присыпанную снегом.

– Что такое!
– испугался Чижов.
– Не мог же я попасть в него!..

Он выскочил из машины и бросился бежать по трем цепочкам шагов - двум своим и одной белокуровской. Подбежав к Белокурову, резко перевернул его на спину. Все лицо главного редактора «Бестии» было в крови и снегу, кровь продолжала хлестать из ноздрей.

– Борис!
– крикнул Василий Васильевич в отчаянии.
– Хватит дурить!

Эпилог

– Бедняга!.. Ребята, на его месте должен был быть я.

– Напьешься - будешь.

В конце мая Николай Прокофьевич получил письмо, адресованное Борису, и, вскрыв его, прочитал следующее:

«Здравствуй, мой дорогой и единственный! Представляю, как ты сейчас горько улыбаешься, прочтя это обращение. но я повторяю: мой дорогой и единственный! То, что я совершила, не заслуживает никакого прощения, и я понимаю, как мерзко выглядела в глазах твоих, Николая Прокофьевича, твоего друга или знакомого. Кстати, кто он и почему я раньше не знала его? Да, мне нет прощения, но я все-таки надеюсь, что ты прочтешь мое письмо до конца и постараешься понять меня.

Боря! Я сама не знаю, что со мной случилось! Сейчас, вспоминая все происшедшее, я понимаю только одно: я попала в какой-то черный квадрат Малевича. На меня чем-то воздействовали. Это была не я! Понимаешь ты это, родной мой?! Ведь ты знаешь, как я любила тебя. Разве я могла снюхаться с тем противным американишкой? Нет, нет и нет! И я еще раз говорю себе и тебе: то была не я! И то, что случилось со мною после нашей роковой встречи и развязки при пистолетах, лишнее подтверждение тому, что я попала в черный квадрат. И чудо, что мне удалось из него выскочить. Когда после автомобильной аварии я попала в больницу с переломами обеих ног и тазобедренного сустава, я сразу стала никому не нужной, и этот грязный мистер Браун улепетнул в свою Америку, ни разу не навестив меня и лишь передав письмо. Прощальное, видите ли! Ты только представь себе это гадство! Только теперь я четко осознаю простейшую истину: это Бог спас меня, поломав ноги и тазобедренный сустав! Только попав в автокатастрофу, я смогла выскочить из черного квадрата и тем самым спастись. Не было бы счастья, да несчастье помогло.

Боже! Как я скучаю по тебе, по Сереже, по Николаю Прокофьевичу! Да, не только по Сереже, а и по тебе и по Николаю Прокофьевичу, хотя представляю, какими словами он чехвостит меня, как он ненавидит меня. И за дело! Заслужила и ненависть, и презрение, тут ничего не скажешь. Я обожаю тебя, Боря! Я тоскую по тебе! Я люблю всех вас троих, моих дорогих Белокуровых, - старшего, среднего и младшего! Хотя бы глазком увидеть вас! А ходить-то я смогу теперь очень и о-о-очень нескоро! Так что лучше тебе забыть меня, дуру проклятую. Выйду из больницы - буду хромая. Может быть, на всю жизнь хромой останусь. Но может быть, сердце твое дрогнет и ты придешь ко мне, любовь моя, сердце мое! Я так хочу обнять, прижаться к вам, родные мои! Слышите ли, как воет и скулит моя измученная, изломанная душа? Люблю, люблю, люблю тебя, Боря!

Популярные книги

Кодекс Охотника. Книга XXVI

Винокуров Юрий
26. Кодекс Охотника
Фантастика:
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Кодекс Охотника. Книга XXVI

Третий

INDIGO
Фантастика:
космическая фантастика
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Третий

Свет во мраке

Михайлов Дем Алексеевич
8. Изгой
Фантастика:
фэнтези
7.30
рейтинг книги
Свет во мраке

Темный Охотник

Розальев Андрей
1. КО: Темный охотник
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Темный Охотник

Кодекс Крови. Книга III

Борзых М.
3. РОС: Кодекс Крови
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Кодекс Крови. Книга III

Лишняя дочь

Nata Zzika
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
8.22
рейтинг книги
Лишняя дочь

Энфис 3

Кронос Александр
3. Эрра
Фантастика:
героическая фантастика
рпг
аниме
5.00
рейтинг книги
Энфис 3

Энфис 2

Кронос Александр
2. Эрра
Фантастика:
героическая фантастика
рпг
аниме
5.00
рейтинг книги
Энфис 2

Темный Патриарх Светлого Рода 2

Лисицин Евгений
2. Темный Патриарх Светлого Рода
Фантастика:
фэнтези
юмористическое фэнтези
аниме
5.00
рейтинг книги
Темный Патриарх Светлого Рода 2

Газлайтер. Том 9

Володин Григорий
9. История Телепата
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Газлайтер. Том 9

Мажор. Дилогия.

Соколов Вячеслав Иванович
Фантастика:
боевая фантастика
8.05
рейтинг книги
Мажор. Дилогия.

Релокант

Ascold Flow
1. Релокант в другой мир
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
рпг
5.00
рейтинг книги
Релокант

Кодекс Крови. Книга IV

Борзых М.
4. РОС: Кодекс Крови
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Кодекс Крови. Книга IV

Темный Кластер

Кораблев Родион
Другая сторона
Фантастика:
боевая фантастика
5.00
рейтинг книги
Темный Кластер