Сказка Шварцвальда
Шрифт:
— Чертово отродье!! Каменная Душа, будь проклята твоя дурная голова, Марта!! — внезапно послышался громкий хриплый голос. И младшие сестры с испуганными криками бросились в рассыпную. Марта же, прекратив смеяться, отпрыгнула в сторону от быстро приближающейся высокой женщины в развивающемся по ветру как вороньи крылья черном плаще. Незнакомка, отбросив в сторону свою поклажу, опираясь на толстую клюку, с невероятной скоростью, ловко подскочила к отвесному берегу ручья и замахнулась на побледневшую как полотно Марту.
— Что ты натворила, маленькое злое чудовище??? Чем помешал тебе этот ребенок?? Пошла прочь отсюда, и моли Бога, чтобы с ней ничего не случилось, иначе на веки
По-поросячьи взвизгнув, не на шутку испуганная толстуха Марта, стремглав бросилась за давно скрывшимися за околицей младшими сестрами.
Не теряя ни минуты, Регина осторожно ступила на осыпающийся под ее весом склон и тяжело дыша, протянула мокрому испуганному ребенку свой посох, громко сказала
— Малышка, не бойся меня, цепляйся быстрее за эту палку и крепко держись. Сейчас я вытащу тебя.
Когда Кристина открыла глаза, то сначала не поняла, где находится. Она не сразу вспомнила, что случилось. По всему тело разливалось блаженное тепло, а на ухо слышалось тихое мурлыканье песни на непонятном тягучем напеве. Она вздрогнула, почувствовав себя сидящей в объятьях совершенно незнакомой женщины, заботливо укутавшей ее теплым шерстяным плащом и поющей колыбельную. Кристина очень испугалась и побоялась шелохнуться, потому что признала незнакомку, спасшую ее. Это была Черная Регина, знахарка, ведовка, которую злые языки в Фогельбахе за глаза называли лесной колдуньей, летающей по ночам на помеле и ворующей маленьких детей для приготовления самых сильных колдовских эликсиров. Вот и я ей попалась, подумала бедная девочка, она меня отнесет в свое страшное каменное логово в глухой лесной чаще и сварит вместе с черными кошками в огромном котле, и никто не спасет меня… — от страха малышка зажмурилась, сжалась в комочек и судорожно всхлипнула.
— Ага. Наша крошка пришла в себя, — резко прервав пение, произнесла женщина. Она немного отодвинулась от Кристины, чтобы взглянуть на нее.
— Ой, а что это с нашей Маленькой Птичкой, почему у нее такое испуганное личико?. И слезы, готовые смыть меня в холодный ручей, вот- вот хлынут из ее прекрасных бирюзовых очей… Детка. что это с тобой?
Продолжая всхлипывать и кутая голое тельце в плащ, девочка еле слышно пролепетала
— Пожалуйста, во имя всего Святого, не варите меня в кипящем масле!! Можете просто подсушить на солнышке, как летучих мышей или ящериц…. а лучше. Отпустите меня пожалуйста домой, я никому не скажу, что видела Вас…
Громкий раскатистый хохот прокатился по опушке леса. Регина откинулась назад, сотрясаемая не проходящими приступами смеха. Девочка изумленно и все еще испуганно смотрела на знахарку, продолжая сидеть у нее на коленях.
— Ах ты глупышка!! Неужели ты подумала, что я, Великая Ведьма, сварю тебя в одном котле с вонючими дворовыми кошками и майскими жуками, да лучше я заброшу туда твою мерзкую сестрицу Марту. Там ей и место! Или дам тебе засохнуть на моей крыше, чтобы растереть в порошок для превращения в летучую мышь??? Нет, мое сокровище — ты достойна лучшей участи, ты достойна….Подарка!! Самого лучшего подарка от меня, от женщины, принявшей тебя на белый свет. Ба… конечно ты это не знала, но верь мне — это истинная правда. Вот эти самые руки первыми принесли тебя в этот неблагодарный мир. Смотри- вот мой тебе подарок!
Регина бережно сняла девочку с колен и поставила на землю. Кристина увидела свою почти высохшую на жарком майском солнышке одежду, а рядом с ней лежащую на боку плетеную корзину, из которой, о ужас!! торчали маленькие ручки и свисали клоки волос. Малышка испугано
— Выбирай, красавица! Это и будет тебе подарок от ведьмы. Каждую из них я сделала своими руками. Ничего не бойся, выбирай самую красивую, ту, что приглянется более всего.
Кристина, раздвинув пальчики с изумлением увидела, что корзина была полна не отрезанными детскими руками и головками, а искусно сшитыми из разноцветного тряпья куклами. К мягким набитым соломой тельцам крепились изящно вырезанные из дерева или из обожженной глины ручки с колечками на тонких пальчиках и ножки в парчовых и кожаных башмачках. На глиняных головках, с приклеенной выбеленной на солнце и закрученной в локоны паклей, красовались замысловатые шляпки, украшенные сухими цветами и птичьими перьями. Девочка дрожащими руками брала одну куклу за другой, и не могла наглядеться на их красоту.
— Ну, и какая тебе по душе, Кристина? Сделай свой выбор. — услышала девочка высоко над собой голос Регины.
— Не знаю, госпожа…
— Выбери сердцем, а не глазами.
Да как же можно было выбрать среди такого изобилия неземной красоты. Глаза бедного ребенка перебегали от одной куклы к другой. Никогда у нее не было ничего похожего. Папина кукла давно истрепалась, а березовые самоделки…. куда им до этого волшебства… Руки тянулись к каждой из красавиц, каждую хотелось взять с собой, прижать к сердцу и никогда уже не расставаться. Кристина в нерешительности брала одну игрушку за другой. Следующая казалась ей лучше прежней. У одной были невероятно красивые глаза из настоящего медового, переливающегося на солнце кристалла топаза, у другой наоборот, туфельки словно из жемчужной паутинки, скроены из тончайшей серебряной парчи, третья отличалась изящными тонко выструганными пальчиками с кольцом, сверкнувшим красивым зеленым камушком, еще одна так мило улыбалась и, кажется, подмигивала девочке, а последняя, что лежала на самом дне… а вот последняя была не такой красивой, как ее товарки, и изящных парчовых башмачков у нее не было в помине, лишь скромные ботиночки из латаной кожи, да и глаза у нее разного цвета, словно мастерице на последок не хватило одинаковых кристаллов, один глаз сверкнул на солнце прозрачным сапфиром и другой потянул в ночь непроницаемым темным ониксом, но зато на тонкой шее последней куклы, обернутый несколько раз красовался странный кулон из потемневшего металла.
Две змейки, обвивающие друг друга, казалось, слились в последнем смертельном поцелуе- укусе. Какой странный кулон, подумала маленькая девочка и дотронулась до него маленькими пальчиками, чтобы получше рассмотреть. Она вытащила куклу из корзинки и поднесла поближе к глазам. Регина молча наблюдала, возвышаясь над ребенком.
— Какие красивые змейки!! Смотрите, кажется, они светлеют у меня на руке! А почему, госпожа?
Регина продолжала смотреть в восторженные глаза ребенка и молчала. Не дождавшись ответа, девочка опять начала разглядывать куклу
— И глазки у тебя разные, и туфелек парчовых нет. Тебя, наверное, все дразнят, Да? Подружки твои такие красивые… а ты по ночам плачешь, я знаю… ты, как и я — одна…
Девочка робко подняла на Регину глаза
— Госпожа — можно я возьму вот эту бедняжку? — и, боясь, что женщина передумает, малышка испуганно прижала к груди выбранную куклу.
Изогнув левую бровь, и слегка улыбнувшись, Регина присела на траву, чтобы ее лицо сравнялось с лицом ребенка. Она с трудом вытащила куклу из ее рук и посмотрев на свое произведение как будто впервые, весело рассмеялась.