Навстречу солнечному ветру
Шрифт:
– Папа! Стинки! Идите ужинать! – кричу я во весь голос.
– Мне совсем немного, – просит мама. – Кажется, я набрала пару фунтов.
Приподняв брови, я осматриваю ее изящную фигурку и отрезаю кусочек больше, чем собиралась.
– Спорим, что ты сегодня так нормально и не поела?
– Я ела, – вяло протестует мама.
– Кофе не считается.
– Ладно. Твоя взяла, – сдается она, с улыбкой принимая тарелку.
В нашу небольшую столовую, совмещенную с кухней, входят папа и мой младший брат. Отец занимает место напротив мамы и
– Если бы не ты, дочь, я бы умер с голоду, – жалуется он, принимаясь за еду. – С этими выборами я вообще стал забывать, что у меня есть жена.
– Очень смешно, Шон, – говорит мама, качая головой. – С этими выборами я вообще стала забывать, что у меня есть семья, – передразнивает папу.
Тот перестает жевать и откладывает вилку. Затем встаёт из-за стола, направляется к холодильнику и приносит бутылку вина.
– Что это ты делаешь? – с подозрением спрашивает мама, когда отец протягивает ей большой бокал красного вина.
– Хочу напоить свою жену, госпожа мэр. Чтобы она хотя бы на один вечер забыла о выборах, ублюдке Эбернати и городском бюджете.
– Дырявом городском бюджете, – вставляет мама.
– А я о чём? – кивает отец, ожидая, пока мама примет бокал.
– А ты не будешь? – спрашивает мама.
– Не-а, мне ещё предстоит поднять одну пьянчужку наверх, – посмеивается он, усаживаясь на стул.
Мама делает пару глотков и устало улыбается.
– Как дела в школе, Шон? – обращается она к Стинки.
Брат бросает взгляд на отца и громко глотает.
– Кстати, детка, – вспоминает папа, приподнимая брови. – Нас с тобой вызывают в школу.
– Он отучился всего неделю! И что на этот раз? – мама откидывается на спинку стула и скрещивает руки на груди.
– Наш сын пытался продать одноклассникам ответы к тесту по истории.
– Спрос рождает предложение, – бормочет Стинки, пожимая плечами.
Ему совсем не удается скрыть улыбку. Как и отцу.
– Возьмёшь меня в долю? – папа прыскает со смеху, отправляя в себя остатки запеканки одним большим куском. – Я буду твоим вышибалой.
– Вы оба находите это смешным?! – строго спрашивает мама. – Как вы не поймёте, мы все теперь под колпаком! На нас весь город смотрит!
– Эй, ну ладно, Сара. Я сам все улажу, – папа больше не смеётся. – Не переживай. – Он протягивает тарелку и переводит тему: – Дилан, можно мне добавки?
Мама берет ее вместо меня, встает из-за стола и идет к кухонному островку, чтобы наполнить. Ставит перед папой тарелку и доливает в бокал вино. Повернув голову, смотрит в окно.
– Шон! Ты снова жёг листву! – восклицает она, не успев сделать глоток.
– Разве? – папа делает огромные глаза.
Сидя на стуле, я отклоняюсь и вижу, как из железного бачка валит густой дым.
– Не строй из себя дурака!
– Это Шон ее жег, – говорит папа.
Шон давится едой и вопит:
– Но ты сам мне сказал!
Папа закатывает глаза, и мы все знаем, что сейчас начнется. Нотация.
– Сколько
– А разве не ты просила, чтобы я спилил чертов клен? И потом, это мой дом, мой двор, мои деревья и листья тоже мои, – парирует отец, продолжая усиленно работать челюстями, как лошадь, жующая овес, – и я делаю с ними, что хочу.
– Да! Только, если это не нарушает закон штата! Насколько я помню ты учился на юриста, – с сарказмом заявляет она.
Папа пожимает плечами.
– Это ты училась, детка. А я просто тусовался с тобой. – Он тычет вилкой в сторону окна и говорит Стинки: – Прежде, чем пойдешь спать, проследи, чтобы там все прогорело.
Глава 3. Дилан. Сейчас
На часах одна минута первого. Закончив редактировать статью для школьной газеты, я потираю глаза и выхожу из программы. Телефон вибрирует, я тянусь к нему и читаю сообщение:
«С днем рождения, Дилан»
Пробегаю глазами по цифрам.
Номера нет в моей телефонной книге, и он не кажется мне знакомым. Но ответить нужно. Ведь кто-то сидел и ждал, пока наступит новый день, чтобы раньше других поздравить меня.
Я быстро набираю:
«Спасибо. Кто ты? И откуда знаешь мой номер?»
Почти сразу приходит новое сообщение.
«Для меня это не проблема»
Я усмехаюсь, раздумывая над ответом, но тут на экране появляется красивое лицо моего парня. Калеб звонит каждый день, чтобы пожелать спокойной ночи, и сегодняшний день – не исключение.
– Привет, – откидываюсь в кресле и улыбаюсь в камеру.
– С днем рождения, Дилан! – произносит Калеб. – Хотел поздравить тебя первым.
– Спасибо. – Я умалчиваю о том, что меня только что кое-кто уже поздравил.
Калеб сидит, опираясь спиной о кованое изголовье кровати. На такой, должно быть, спит сама королева Англии. Где бы Калеб не находился и что бы не делал, всюду его преследует этот аристократический стиль, столь чуждый североамериканской глубинке. Одежда, еда, интерьер – все должно быть идеальным. Не то, чтобы меня это раздражало, скорее, я привыкла к более простым вещам, впрочем, как и к людям. Но с Калебом мне хорошо, спокойно и … к сожалению, на этом все.
– Жду – не дождусь завтрашнего дня, – произносит парень.
– Да, я тоже.
И точно знаю, чего именно он ждет. Впервые у нас появится возможность провести ночь вдвоем, но вместо предвкушения чувствую себя обязанной. За неполный год наших отношений мы не продвинулись дальше поцелуев и объятий, и это была полностью моя инициатива. Калеб поддержал ее, предложив дождаться моего совершеннолетия. Мне казалось, что к этому времени я буду готова переспать с ним. Но мне по-прежнему не удается сломать барьер, который я воздвигла, пережив самый худший день в своей жизни.