Фантом для Фрэн
Шрифт:
Алджернон все равно поступал бы по-своему.
Нет, Алджернон просто никогда не женился бы на такой женщине. И такая женщина никогда не разделила бы с ним его странствия, не откликнулась бы на его научные выводы – для хороших христиан нет более высокого авторитета, чем авторитет церкви. Алджернон ужаснулся, представив себе Фрэн, рассуждающую, как ее мать – был бы безвозвратно погублен и без того такой редкий среди женщин блестящий ум.
– Я не дам никому тебя испортить, любовь моя, - сказал он вслух.
Потом лег и заснул, глубоким спокойным сном. Ему
Озаренная свечами церковь была почти пустой – только на передних скамьях сидели с одной стороны разряженные муж и жена Корнеры, а с другой, в торжественно-мрачных черных костюмах, Диггори Слоун и Оливер Бишоп. Тот самый друг Алджернона.
Фрэн чувствовала себя странно для невесты – церемония венчания почему-то казалась ей незначительной. Как будто все главное между нею и Алджерноном уже произошло намного раньше. Собственно, так и было. Они уже расписались – а значит, этот обряд почти ничего не значит, кроме соблюдения приличий в глазах общества.
Фрэн надела кольцо на палец Алджернону, он – ей. Холодок металла на пальце показался ей самым реальным и значимым из всего происходящего – Алджернон поцеловал ее, а Фрэн только вяло шевельнула губами. Она думала о золотом кольце на безымянном пальце левой руки.
Свидетели зааплодировали, а Корнеры тут же поднялись – поздравлять новобрачных. За ними подтянулись коллеги Алджернона. Фрэн ничего не слышала – она потихоньку начинала осознавать, что сегодня произошло. А произошло вот что: Алджернона привязали к ней окончательно, теперь он не уйдет вот так просто, даже если вдруг захочет. Она взяла его под руку, чувствуя, что владеет этим мужчиной. Какое замечательное ощущение.
После свадьбы все шестеро отправились в ресторан – отметить такое событие. Фрэн послушно смеялась в ответ на шутки в их с Алджерноном адрес, послушно пила за свое здоровье и послушно поцеловалась с мужем для удовольствия публики. Ей было странно – как в первую ночь с Алджерноном, накатывало ощущение отрешенности от происходящего, как будто ее душа была не здесь… или здесь только частично, а большею частью где-то в другом месте, где жизнь намного острее и слаще, чем на земле.
Если, конечно, такое может быть.
В себя она вернулась только в гостинице, где они должны были провести брачную ночь. Фрэн занервничала, и Алджернон сразу понял ее настроение.
– Я кое-что купил для этой ночи, - шепнул он.
Продемонстрировал ей свою покупку и, смущаясь, объяснил ее употребление, вызвав изумленное восклицание и смех. Но не встретил никаких возражений, наоборот, Фрэн сразу повеселела.
– Какой ты неромантичный, - смеясь, сказала она. – Портить этой резинкой волшебство первой ночи!
– Так как – пока никаких детей? – спросил он.
Фрэн посмотрела на него с изумлением. Она просто не была раньше осведомлена об иных способах предотвращения
– Конечно, никаких детей, - сказала миссис Бернс.
* Перефразированный Шарль Рише, лауреат Нобелевской премии по физиологии и медицине, один из многих ученых, признавших существование паранормальных явлений.
* Государственная политика Британии относительно выпуска презервативов в двадцатые годы.
========== Глава 34 ==========
Они собирались уехать из Лондона на другой день, но тут случилось самое неожиданное происшествие. Как будто мало всего произошло за эти дни.
Но жизнь никогда не спрашивает…
Алджернону сообщили, что его вызывает Скотленд-Ярд, по возбужденному им уголовному делу, которое наполовину разрешилось. Отыскалась историческая редкость, но не найдено никаких следов преступника.
“Книгу мертвых” нашли в лавке лондонского старьевщика – как когда-то Алджернон набрел на нее в каирской сувенирной лавке!..
А теперь его вызывали, чтобы вернуть археологическую находку – и “задать мистеру Бернсу несколько вопросов”.
– Пойдем вдвоем, - сказала Фрэн, хотя испугалась, услышав последнее. И как было не испугаться! Едва ли полицейский инспектор не заметил свежих следов крови на папирусе, и, заметив, уж конечно, не мог не заинтересоваться их происхождением.
Их, однако, приняли весьма любезно – с виду. Тот самый человек, что уже допрашивал Алджернона несколько недель назад.
– Я инспектор Стэд, - представился Фрэн встретивший их полицейский в гражданской одежде. – Рад сообщить вам, мистер Бернс, что принадлежащая вам историческая редкость найдена.
– Чрезвычайно признателен, инспектор, - очень серьезно сказал Алджернон. – Могу ли я увидеть ее?
– Разумеется.
Казалось, инспектор тайком наблюдал за ним.
Полицейский, не вставая с места, выдвинул ящик стола и вынул оттуда папирус. Алджернон глубоко вздохнул, увидев добытую своей и чужой кровью древнюю книгу – она лежала в ящике стола у инспектора Стэда, так же, как его досье и протоколы, без всякой предохранительной упаковки! Нужно поскорее убрать ее, защитить от воздействия воздуха, бактерий и соприкосновения с грубыми предметами быта!
Он встал, опустив руку в сумку в поисках специального пакета, который принес с собой для этой цели. Но, как археолог уже наполовину ожидал, осуществить свое намерение ему не дали. Инспектор Стэд накрыл “Книгу мертвых” своей рукой, и Алджернон вздрогнул от ужаса, услышав, как хрустнул хрупкий древний папирус. Эти полицейские понятия ни о чем не имеют, кроме охоты за преступниками!..
И об этом последнем, как выяснилось, они имели весьма неплохое понятие.
– Прошу вас, подождите, сэр, - сказал инспектор, и в голосе его прозвучали какие-то новые и неприятные нотки. – Не будете ли вы любезны ответить на несколько вопросов?