История славянских терминов родства и некоторых древнейших терминов общественного строя
Шрифт:
Глава II. ТЕРМИНЫ СВОЙСТВЕННОГО РОДСТВА
Следующая большая группа терминов объединяет терминологию свойственного родства, которое в общем противостоит кровному родству как родство по браку. Между ними, однако, существует теснейшая взаимосвязь. Свойственное родство образуется вследствие сближения прежде не родственных лиц через брак. Вместе с тем в основе каждого кровного родства лежит свойственное родство, а именно сближение не родственных кровно родителей.
Такое современное понимание свойственного (брачного) родства имеет свою длительную историю. Оно было постепенно выработано человечеством в результате оформившегося еще в родовую древность запрета кровосмесительства (т. е. брака кровно родственных особей) и выразилось далее в широко известном обычае экзогамии, при которой жены выбирались за пределами своего численно небольшого, связанного кровными узами рода. Впоследствии это было закреплено естественным правом для каждой отдельной семьи.
При первом же знакомстве с терминологией кровного и свойственного родства у индоевропейских народов становится ясным особое положение терминологии свойственного родства, усложняемое расхождениями между отдельными индоевропейскими языками. Это побудило некоторых ученых высказать предположение об исконно агнатическом характере индоевропейской семьи, при котором родственники жены рассматривались лишь как друзья, а не как родственники семьи мужа [616] . Очевидна связь этого положения с распространенной концепцией исконности индоевропейского патриархата (см. введение и гл. I настоящей книги). Так, Г. Хирт [617] , не желая признавать вместе с О. Шрадером и Б. Дельбрюком чисто агнатического характера семейно-родовых отношений древних индоевропейцев и видя в отсутствии ряда общеиндоевропейских терминов свойства скорее их забвение, вовсе не собирается делать вывода об индоевропейском матриархате [618] .
616
См. О. Schrader. Reallexikon, стр.214.
617
Н. Hirt. Untersuchungen zur idg. Altertumskunde. — IF, Bd. 22, 1907, стр. 78–86.
618
Там же, стр. 80.
Ниже мы коснемся некоторых фактов, которые дают возможность рассматривать под иным углом зрения свойственное родство и соответствующую терминологию. Прежде всего отметим, что свойственное родство приравнивалось к кровному, ср. свекор-батюшка в русских народных песнях (отражено Некрасовым) и болг. диал. дядо, баба в значениях ‘свекор’, ‘свекровь’. Ср. весьма характерные обозначения брачного родства во французском языке, который, например,
• имеет вместо лат.: glos ‘золовка’ — belle-soeur,
• имеет вместо лат.: socrus ‘свекровь’ — belle-mere,
• имеет вместо лат.: soccer ‘свекор’ — beau-pere и т. д.
При этом использованы названия кровных родственников — отца, матери, сестры [619] . Обычай переноса старых терминов кровного родства на родственников по браку у индоевропейских народов анализирует О. Шрадер в специальном исследовании об индоевропейской терминологии свойственного родства [620] .
619
О происхождении французских слов см. М. Вr'eal. Notes 'etymologiques. — MSL, t. 7, 1892, стр. 447, сноска 1.
620
О. Schrader. "Uber Bezeichnungen der Heiratsverwandtschaft bei den idg. V"olkern. — IF, Bd. 17, 1905–1906, стр. 18.
При этимологическом исследовании названий свойства также обнаруживается в ряде случаев использование корневых морфем, которые образуют названия родства, родовой общности: греч. ‘свекровь’ < и.-е. *bhendh- ‘вязать, связывать’, нем. binden, ср. литовск. bendras I ‘общий’, II ‘товарищ, друг’, возможно, также сюда литовск. banda ‘стадо домашнего скота’ [621] ; слав. *surь, *surьjь, *sиriпъ ‘шурин, свояк’ < и.-е. *siu- ‘шить, вязать’, ср. греч. ‘ ‘бог бракосочетания’: санскр. syuman- ‘повязка’ [622] , в основе которого лежит тот же признак связи, связывания, часто характеризующий общие определения родства в индоевропейском (ср. еще нем. Verwandtschaft ‘родство’).
621
Ср. К. M"uhlenbach, I, стр. 261–262.
622
См. К. Brugmann, KVGr., стр. 94.
В различных названиях свойства запечатлены различные моменты истории родственных отношений, ср. лат. affinis ‘свойственный’, собств. ‘соседний, сопредельный’ < ad fines [623] , что может отражать в какой-то мере экзогамные воззрения: ‘свояк’ = ‘из соседнего рода’.
Но как наиболее типичную особенность многих терминов свойства исследователи отмечают использование местоименного корня и.-е. *sue-, *suo-, *suei-, suoi- [624] , ср. греч. , , ‘свояки’ < *suelio(n)-, др.-исл. svili ‘свояк’ [625] , нем. Ceschwei ‘свояк и свояченица’ < *gi-swiun, ср. Gebr"uder, Geschwister [626] ; с зубным расширением основы — лат. sodalis ‘член братства’, греч. (гомеровское) , слав, svatъ [627] . Из славянских образований ср. др.-русск. своетьство ‘сродство’, русск. свойство, сербск. диал. svoscina ‘родство’, словенск. svoscina ‘свойство’ [628] . Ср. характерное для территории сербохорватского языка топонимическое обозначение Svojici [629] , от нарицательного обозначения родственных групп, общины. Эта особенность названий свойства (наличие *sue-, *suo-) хорошо известна. При всем том именно в ней заключается возможность совершенно иного объяснения терминологии свойственного родства, чем, например, то, которое выдвигал О. Шрадер.
623
A. Walde. Lateinisches etymologisches W"orterbuch. 2. Aufl. Heidelberg, 1910, стр. 19.
624
См. О. Schrader. Ober Bezeichungen., стр. 18.
625
Wallde — Pоkоrny, Bd. II, стр. 533.
626
F. Кluge. Etymologisches W"orterbuch der deutschen Sprache. 11. Aufl., Berlin u. Leipzig, 1934, стр. 202.
627
См. Еrnout — Meillet, t. II, стр. 1115; 'E. Boisacq. Dictionnaire 'etymologique de la langue grecque. 2-`eme 'ed., Heidelberg — Paris, 1923, стр. 291–292.
628
Mate Tentor. Der cakavische Dialekt der Stadt Cres. — AfslPh, Bd. 30, 1908, стр. 201.
629
St. Rospond. Poludniowo-slowianskie nazwy miejscowe na – itj. — «Prace Komisji jezykowej». Krakow, 1927, стр. 19.
Наличие местоименного корня *sue-/*suo- органически связывает термины свойства с древним термином кровного родства и.-е. *suesor, слав, sestra. Выше уже говорилось, что наиболее вероятной частью этимологии и.-е. *suesor является выделение местоименного корня *sue-’свой, своя’, т. е. именно того, который характеризует различные термины свойства (и.-е. *suekro-s, *syekru-s, слав. svekrъ, svekry). Выходит, что очень широкая группа родственников, начиная от кровной сестры и кончая весьма далекими родственниками жены, называлась ‘своими’, т. е. строгого разделения между родственниками мужа и родственниками жены в древнюю эпоху анализ терминов не позволяет предполагать. Больше того, как отмечают исследователи, в первобытнообщинную эпоху в условиях кросскузенного брака какое бы то ни было разграничение кровного и свойственного родства являлось излишним, так как, например, ‘брат мужа’ — позднейший *daiuer — был просто одним из моих мужей, сестра мужа — впоследствии *glou- была моей сестрой [630] . Известная несогласованность индоевропейских терминов свойства— факт, которому обычно приписывают решающее значение в суждениях об этих терминах, — объясняется вторичностью оформления названий свойства как таковых, что соответствует эволюции рода и семейно-родовых отношений [631] . Исследователи отмечают, что «различие кровных родственников и свойственников, которому мы придаем такое большое значение, не имеет в глазах австралийца большой цены» [632] . Говорить, что вторичность терминов свойства отражает второстепенное положение родственников жены в индоевропейской семье, было бы ошибкой.
630
См. А. Исаченко, Индоевропейская и славянская терминология родства в свете марксистского языкознания. — «Slavia», roc. XXII, 1953, Стр. 72.
631
Там же, стр. 72, 73.
632
А. Максимов. Системы родства австралийцев. — «Этнографическое обозрение», отд. отт. из кн. 92–93, стр. 62.
После этого необходимого отступления вернемся к нашему изложению и рассмотрим по порядку термины свойственного родства.
Слав. *nevesta
Слово общеславянское, известное всем славянским языкам: ст.-слав. невста ‘, sponsa’, невстица ‘sponsa’, невстиель ‘, sponsus’, невстьникъ ‘ sponsus’, др.-русск. невста ‘sponsa’, невста ‘nurus, жена сына’, невстиньство ‘брачный обряд’, невститель ‘жених’, невстити ‘приводить невесту, обручать’, невстъка ‘сноха, жена сына’, невстьникъ ‘ ‘жених’, невстъство ‘свадьба, брак’, русск. невеста, диал. н’ев’еста, н’ев’иста [633] , укр. устар. neвicma: 1) ‘невеста’, 2) в Галиции, Буковине ‘жена’; польск. niewiasta ‘женщина’, диал. nevjasta, nev’asta (территория Словакии, Teplicka) [634] , кашуб. nasta, в.-луж. newjesta, чешск. nevesta ‘невеста’, ‘невестка’, ‘жена’, диал. восточно-ляшск. nevasta ‘сноха’, ‘невеста’ [635] , словацк. диал. nevesta, замужняя женщина’ [636] , др.-сербск. невста ‘sponsa’, сербск. нeвjecma ‘невеста’, ‘невестка, жена сына, брата’, невовање ‘das Brautsein, status sponsae’, невовати ‘Braut sein’, Нека (сокращ. ласк.) = нeвjecma, ср. нева [637] , разговорные сокращенные формы слова; болг. невеста, невяста, невестче ‘невеста’, ‘молодая жена, женщина’.
633
С. С. Высотский. О говоре д. Лека. — «Материалы и исследования по русской диалектологии», II. М.—Л., 1949, стр. 18.
634
Gejza Horak. Narecie Pohorelej. Bratislava, 1955, стр. 178.
635
A. Kellner. Vychodolasska nareci, II. Brno, 1946, стр. 231.
636
F. Buffa. Narecie Dlhej Luky v Bardejovskom okrese. Bratislava, 1953, стр. 184.
637
E. Fraenkel. Zur Verst"ummelung bzw. Unterdr"uckung funktionsschwacher oder funktionsarmer Elemente in den balto-slavischen Sprachen. — IF, Bd. 41, 1923, стр. 401; так, видимо, надо объяснять и болг. диал. неаца ‘буля, жената на по-стар брат’ (Д. и К. Г. Молерови. Народописни материали от Разложко. Речник. — СбНУ, кн. XLVIII, 1954, стр. 489).
Вряд ли можно назвать какое-нибудь другое слово, по поводу которого было бы предложено больше разнообразных этимологических объяснений, чем слав. nevesta. Впрочем, это неудивительно, поскольку данное слово издавна стоит в центре внимания исследователей, занимающихся изучением славянских семейно-родовых отношений. Уже для Ф. Миклошича были очевидны трудности, с которыми сопряжена этимология слав. nevesta. В своем этимологическом словаре [638] он дает два варианта этимологии, не настаивая на каком-либо одном: 1. из корня ved- ‘вести’, ср. древнерусское словоупотребление: ведена бысть Ростислава за Ярослава; 2. ne-vesta = ‘неизвестная’. Второе объяснение, как думал Миклошич, не подтверждается фактами. Следует отметить, что в дальнейшем большая часть толкований слова исходит либо из одного, либо из другого варианта, предложенного Миклошичем. Р. Ф. Брандт [639] присоединяется к этимологии невеста — ‘неизвестная’ и считает сомнения Миклошича на этот счет необоснованными, ср. в русских песнях: жених — ‘чуж чуженин’. Фр. Прусик [640] , напротив, развивает первое объяснение, принимая nevesta < *nevovesta через гаплологию vo-ve > ve, т. е. *neuo- ‘новый’ и ved-, удлиненного ved-’вести’ о part. perf. pass. ved-tu, ж. р. vesta.
638
F. Miklosich, стр. 214.
639
Р. Ф. Брaндт. Дополнительные замечания к разбору Этимологического словаря Миклошича. — FOB, т. XXIII, 1890, стр. 90.
640
Fr. Prusik. Slavische Miszellen. — KZ, Bd. 33, 1893, стр. 160 и след.
Этимология Ф. Прусика встретила неодобрение И. Зубатого [641] , подробно указавшего на ее недостатки. Относительно первого из них (nev-вместо nov-) с ним можно не согласиться, поскольку, *nеu(о) — перед гласным переднего ряда в славянском могло сохраниться. Говоря же о загадочности e, Зубатый совершенно прав, так как е для vesti известно только в аористе ст.-слав. всъ, вха. Подчеркивая, что трудно предложить категорическое объяснение слова nevesta ввиду затемненности его внутренней формы, Зубатый склоняется к мысли Миклошича (nevesta = ‘неизвестная’), которая опирается на достоверную форму: причастие на – to- vestъ ‘знакомый’. Зубатый думает, что в nevesta = ‘неизвестная’ необязательно видеть отголосок умыканий и такое толкование приемлемо также для более поздних эпох.
641
J. Zubaty. Slavische Etymologien. — AfsiPh, Bd. 16, 1894, стр. 404–407.